Цитата из книги «Падение дома Ашеров» Эдгар Аллан Попоказать все Добавить
Одной из фантастических причуд моего друга - ибо как ещё это назвать? - была влюбленность в ночь, в её особое очарование; и я покорно принял эту bizarrerie, как принимал все другие, самозабвенно отдаваясь прихотям друга. Темноликая богиня то и дело покидала нас, и, чтобы не лишаться её милостей, мы прибегали к бутафории; при первом проблеске зари захлопывали тяжёлые ставни старого дома и зажигали два-три светильника, которые, курясь благовониями, изливали тусклое призрачное сияние. В их бледном свете мы предавались грезам, читали, писали, беседовали, пока звон часов не возвещал нам приход истинной Тьмы. И тогда мы рука об руку выходили на улицу, продолжая дневной разговор, или бесцельно бродили по поздней ночи, находя в мелькающих огнях и тенях большого города ту неисчерпаемую пищу для умственных восторгов, которую дарит тихое созерцание.
Родерик Ашер, последний представитель старинного рода, зовёт товарища по юности приехать к нему в родовой замок у тёмного, зловещего озера. Его сестра, леди Мэдилейн, страдает тяжёлой неизлечимой болезнью и медленно угасает; даже присутствие давнего друга не способно развеять подавленность хозяина. Когда Мэдилейн умирает, её на время помещают в склеп в одном из подземных помещений замка. Несколько дней после похорон Родерик мечется в тревоге и растерянности, пока в бурную ночь не открывается...