Цитата из книги «Именем Тьмы. Лик Черной Пальмиры» Владимир Васильевпоказать все Добавить
Арику Турлянскому вообще иногда казалось, что Лайк видит ближайшее будущее очень отчетливо, чуть ли не посекундно. И даже начинал догадываться, что маги уровня Лайка, Артура-Завулона или того же Пресветлого Гесера это будущее сами же во многом и создают. И необъяснимое желание Лайка ехать дневным поездом, и периодические визиты Светлых, и музыкальный ночлег в "Ассоли", и залетный вампир, и даже спутник ведьмы Ларисы Наримановны - это все частички гигантской мозаики будущего, которую Лайк и остальные высшие Иные неторопливо и со вкусом складывают, ревниво следя, чтобы выложенное ими оказалось не тусклее, чем у соседей. А молодняк вроде Ефима и середняки вроде Шведа, Симонова или самого Арика - в сущности, тоже частички мозаики. Ну, в лучшем случае - эдакие подносчики снарядов, то бишь цветных кусочков стекла. Сознавать это было немного грустно, но Арик понимал и то, что осознание - первый шаг на пути от стекляшки в чужих руках к тем, кто сам складывает мозаику. И догадывался о том, что покуда очень плохо представляет себе длину этого пути и то, насколько путь тернист.
На протяжении тысячелетий Светлые и Тёмные Иные соблюдали Великий Договор, поддерживавший непрочное равновесие между Добром и Злом. Однако пришла пора тревог — и Договор оказался нарушен.
В Санкт-Петербурге, самом мистическом городе России, пробуждается новая сила, не принадлежащая ни Свету, ни Тьме. Ни одна из сторон не в состоянии справиться с её носителями… и тогда вмешивается Инквизиция.