Богатому, да что там, просто состоятельному британцу считается неприличным не давать денег на благотворительность. При этом одна из любимых тем «болтливых классов» – сетовать на то, что американцы все-таки дают больше. Конечно, больше, они ведь и богаче в несколько раз! Но и в Британии, на мой взгляд, немалые суммы набираются.Я и сам был, можно сказать, реципиентом благотворительности в первые годы своей жизни в Англии.Так случилось, что у дочери сложилась критическая, если не сказать, катастрофическая ситуация: из местной средней школы (где царили ужасные нравы) ей надо было срочно уходить, но куда? Менять шило на мыло? И вот мои коллеги по газете «Файнэншл таймс» нашли решение. Среди знакомых друзей знакомых наших друзей нашелся весьма состоятельный, кстати, близкий к баронессе Тэтчер человек. И вот обнаружилось, что он не весь еще положенный им процент на благотворительность к тому моменту истратил. Хотя обычно это планируется заранее – за год вперед, а то и больше. Но на этот раз то ли дивиденды ему выплатили внеочередные, то ли от налогов отбиться удалось на бо́льшую сумму, чем он рассчитывал, как бы то ни было, но он как раз размышлял в тот момент, на какое бы такое доброе дело пустить некоторую часть непредвиденной прибыли. И вот образование русской девочки показалось ему подходящим объектом.Чеки, которые вскоре стали от него поступать, позволили моей дочери немедленно перейти в замечательную частную школу – «City of London School for Girls». Школа стоит на берегу искусственного озера – в центре Лондона, в Барбикане, с его знаменитыми театральными и концертными залами и оригинальной атмосферой города в городе. Все свое, все внутри – и магазины, и рестораны, и кафе, и прачечные.В учебе дочери мы немедленно заметили позитивные перемены. Несколько месяцев спустя я сам достаточно встал на ноги, чтобы отказаться от благодеяний незнакомого человека (знакомиться в таких случаях считается делом не очень приличным; по крайней мере, наш спонсор явно хотел избежать личных расшаркиваний, которые на английский вкус несколько унизительны для обеих сторон).Я лишь послал ему короткую благодарственную записку, он ответил еще более коротким, вежливым, но сухим посланием, точно головой сдержанно кивнул на расстоянии: не стоит, дескать, особенно распинаться по столь ничтожному поводу, и все.А еще через несколько месяцев моя неблагодарная дочь из школы сбежала, слишком строгими показались ей там порядки. Боюсь, что это главная ошибка ее жизни.Но речь не о ней. А о так называемой английской жадности. Многие иностранцы, и особенно русские, числят ее среди не самых привлекательных черт английского характера. Один уважаемый диссидент-писатель так это сформулировал: две мили пройдут, чтобы добраться до паба, где пинта пива на два пенса дешевле. И он совершенно прав: пройдут! Только так ли уж это ужасно? Действительно ли достойно нашего презрения?Мне кажется, мы иногда не видим разницы между жадностью и бережливостью. Вот тот же лорд – благодетель моей дочери, как я слышал, как раз из числа тех, кто каждую копейку (она же пенс) считает. И тратит сбереженные деньги очень расчетливо, в том числе на благотворительность. Израсходовать несколько тысяч фунтов на то, чтобы помочь неизвестной ему девочке-иностранке получить образование, – это, с его точки зрения, достойная и естественная статья расходов. А вот переплатить лишний пенс за кружку пива или бокал вина – нет. Так же как и выбросить старую вещь, если она еще служит. Или машину заменить на новую лишь потому, что прежняя надоела.