Лишь бы успеть! Чтобы за это время жене никто не причинил вреда! Стоило барону представить, что больше никогда не увидит Марию, у него сжималось сердце. От гнева на злодея, посмевшего похитить его любимую женщину, у Вревского перехватывало дыхание.
Скакать становилось все сложнее. Снежные заносы росли на глазах, из-за густой пелены было почти не видно дороги, но Сергей упрямо ехал вперед. Он старался услышать внутри себя голос жены и мысленно просил ее: «Позови меня, родная! Ну давай же! Позови!».