Мне казалось, что где-то в самой глубине души, там, где драконья тьма сгустилась до непроглядности, пролился свет.
Яркий, ослепительный, вызывающий слезы на глазах, которые я считал давно высохшими. Нежность. Прощение. Вот чего хотела моя человеческая душа. Просто обнять её, зарыться лицом в её волосы, вдыхая ее запах, и целовать её макушку, шепча: «Прости меня… Дважды прости…». Вот оно, обладание. Настоящее. Не телом, а душой.