Витяра смотрел на берсерков и впервые, пожалуй, осознавал, что зло далеко не всегда несчастненькое, страдающее и потерянное. Есть и довольное собой, вполне счастливое зло. Вот оно тут, в этих свинячьих, все уже для себя решивших глазках. В этих сытых, уверенных мордах. Какой тут обратный путь?