Все в нем располагало к себе женщин: и его страх перед абстрактным рассуждением, и его старомодная учтивость, незаметный цинический привкус надуманно цветистых фраз. Все это вызывало не чувственно-любовное влечение, а скорее нежность, высшую и вместе с тем покорную, какое-то смутное сладкое братское чувство.