Цитата из книги «Хороший Сталин» Виктор Ерофеевпоказать все Добавить
...как и его учитель Молотов, он инстинктивно понимал, что культура опасна, что сама по себе она – это правый уклон, смещение перспективы, ослабление роли государства.
Даже его общение с музыкантами, которые приезжали в Париж и которых он сопровождал, ослабляло его ненужными мыслями, чувствами, наконец, звуками. Он поддался им и впустил в себя много лишнего. Невиннейшие музыканты, как Коган или Ростропович, зависимые от его отчетов послу и в Москву, были слишком порывистыми, непредсказуемыми. В них было что-то «другое». Никогда нельзя было понять: переходят они границу дозволенного, покупая дорогую скрипку или общаясь с американским коллегой (с которым они тут же начинали брататься), или это идет на пользу советской культуре? В политике меньше измерений: начальники и подчиненные, единомышленники, коллеги, карьера, друзья и – враги.
По словам самого автора «Хорошего Сталина», книга эта похожа на пианино, на котором каждый читатель сможет сыграть свою собственную мелодию.