Цитата из книги «Принц Терний» Марк Лоуренспоказать все Добавить
Боль превратилась в главного врага. Более опасного, чем граф Ренар или отец, согласившийся на сделку. Отнятые жизни дороже любой короны, победы, пусть даже распятого на кресте Пророка. Только потому, что где-то внутри меня было заложено упрямство, позволяющее противостоять невзгодам, стало возможным уже в десятилетнем возрасте справляться с болью. Я изучал ее приход, направления атаки. Она мучила, подобно загноившейся ране, вытягивала все силы. У меня хватило знаний найти лекарство. Против нарыва подойдет раскаленное железо: прижечь, выжечь, дать зарубцеваться. Я отбросил все привязанности. Любовь к мертвым отодвинул в сторонку, поместив для сохранности в прочный ларец. Забытые мертвецы не станут кровоточить, не вызовут переживаний. Возможность полюбить вновь пресек на корню. Поливать кислотой, пока почва не станет бесплодной — отныне не расти здесь ни травинке, ни цветку.
«Прежде чем тернии преподали мне свои острые уроки, у меня был всего один брат, и я любил его. Но эти дни прошли, а всё, что от них осталось, покоится в усыпальнице моей матери. Теперь у меня много братьев, умелых в обращении с ножом и мечом, и зло их абсолютно. Мы совершаем налёты по всей раздробленной империи и грабим её останки. Говорят, сейчас тяжёлые времена, конец дней, когда бродят мертвецы, и чудовища охотятся в ночи. Всё это, конечно, правда, но есть кое-что и похуже там, в темноте,...