Мы должны построить зиккурат.
- ...Мне очень жаль, но ты – зло, и я должен с тобой покончить. - А себя ты считаешь добром?! – взревел Шаб-Ниггурат. - Насчет добра не знаю, но то, что я белый и пушистый – неоспоримый факт.
Запомни, жена, архимаг ничего не делает просто так. Всякое мое действие имеет некий особенный, непонятный обывателям смысл.
Мой жизненный девиз — делай добрые дела, и тебе воздастся!
Я ненавижу тебя каждым винтиком своего тела. Но если ты сдохнешь… кого мне тогда ненавидеть? Однажды я убью тебя собственными руками… но еще не сегодня.
— Ну возьми меня с собой! — жалобно просила она. — Пожа-а-алуйста!.. — Не возьму! — Возьми! — Не возьму! — Не бери! — И не возьму! — Черт!.. Слушай, ну я же тебя на коленях прошу! — А ну, слезь с моих коленей!
Однажды Ванесса попросила длика рассказать про философию его народа. А тот ответил, что так называемая «философия» не имеет смысла, ибо мир таков, каков есть, и не зависит от того, как его воспринимают другие. Не имеют смысла никакие правила или законы, потому что надо просто поступать так, как подсказывает логика. Если логика подсказывает съесть свой носок — не ищи в этом смысла, а просто съешь. Но не забудь смазать горчицей, потому что с горчицей вкуснее, а если есть выбор между вкусным и невкусным, выбирать надо вкусное, потому что вкусное приятнее невкусного.
После этого длик спросил, есть ли у Ванессы горчица, и пристально уставился на ее ноги.
Знаешь, боль как будто спряталась под одеялом. Она никуда не делась, только острые края свои… укрыла, что ли. Но стоит отвернуть уголок одеяла – проверить, там ли она, – резанет как ножом. Наверное, так оно всегда и будет.
По-моему, хуже нет, как простудиться летом. Зимой-то укутаешься в одеяла и пропотеешь. А летом ты уж и так мокрый как мышь, однако все без толку.
Для нее стряпня была сродни танцу, в котором нужны строгая последовательность выверенных движений и чувство целого.