Мои цитаты из книг
Десятки десятков раз бывали они в боях: вдрызг переконтуженные, с перебитыми костями, пробитыми головами, изрешечённые пулями сквозь, — им что! И ничего для них тут нет диковинного. Эка невидаль: ночь перед боем! Они таких ночей отхрапели немало, эти ночи не различны для них с другими, тихими ночами. Но у каждого, непременно у каждого была здесь когда-то в жизни своя «первая боевая ночь».
Выдающийся русский советский писатель Дмитрий Андреевич Фурманов был участником гражданской войны, комиссаром 25-й Чапаевской дивизии. Роман «Чапаев» — самое значительное произведение писателя о гражданской войне.
Сколько потом ни приходилось Федору проводить ночей в ожидании утреннего боя, — все они, эти ночи, похожи одна на другую своею строгой серьёзностью, своим углубленным и сумрачным величием. В такую ночь, проходя по цепям, шагая через головы спящих красноармейцев, густо мозги наливаются думами о нашей борьбе, о человеческих страданьях, об этих вот искупительных жертвах, что трупами червивыми остаются безвестные на полях гражданской войны.
Выдающийся русский советский писатель Дмитрий Андреевич Фурманов был участником гражданской войны, комиссаром 25-й Чапаевской дивизии. Роман «Чапаев» — самое значительное произведение писателя о гражданской войне.
«Вот они лежат, истомлённые походами бойцы. А завтра, чуть забрезжит свет, пойдут они в бой и цепями и колоннами, колоннами и цепями, то залегая, то вскакивая вперебежку, то вновь и вновь западая ничком в зверковые ямки, нарытые вспешку крошечным заступом или просто отцарапанные мёрзлыми пальцами рук… И многих не станет, навеки не станет: они, безмолвные и недвижные, останутся лежать на пустынном поле… Каждый из них, оставшихся в поле на расклёв воронью, — такой маленький и одинокий, так незаметно пришедший на фронт и так бесследно ушедший из боевых рядов, — каждый из них отдал всё, что имел, и без остатка и молча, без барабанного боя, никем не узнанный, никем не прославленный, — выпал он неприметно, словно крошечный винтик из огнедышащего стального чудовища…»
Выдающийся русский советский писатель Дмитрий Андреевич Фурманов был участником гражданской войны, комиссаром 25-й Чапаевской дивизии. Роман «Чапаев» — самое значительное произведение писателя о гражданской войне.
Вы думаете, каждому человеку жизнь свою жаль? Да не только што, а и один не всегда её любит, как следует. Я, к примеру, был рядовым-то, да што мне: убьют аль не убьют, не всё мне одно? Кому я, такая вошь, больно нужен оказался? Таких, как я, народят сколько хочешь. И жизнь свою ни в грош я не ставил… Триста шагов окопы, а я выскочу, да и горлопаню: на-ка, выкуси… А то и плясать начну, на бугре-то. Даже и думушки не было о смерти. Потом, гляжу, отмечать меня стали — на человека похож, выходит… И вот вы заметьте, товарищ Клычков, што чем я выше подымаюсь, тем жизнь мне дороже… Не буду с вами лукавить, прямо скажу — мнение о себе развивается такое, што вот, дескать, не клоп ты, каналья, а человек настоящий, и хочется жить по-настоящему-то как следует… Не то што трусливее стал, а разуму больше. Я уже плясать на окопе теперь не буду: шалишь, брат, зря умирать не хочу…
Выдающийся русский советский писатель Дмитрий Андреевич Фурманов был участником гражданской войны, комиссаром 25-й Чапаевской дивизии. Роман «Чапаев» — самое значительное произведение писателя о гражданской войне.
Росли надежды. Прибавлялась сила. Развивавшееся наступление сулило победу.
Выдающийся русский советский писатель Дмитрий Андреевич Фурманов был участником гражданской войны, комиссаром 25-й Чапаевской дивизии. Роман «Чапаев» — самое значительное произведение писателя о гражданской войне.
— Забрал полтораста, — вслух сказал Чапаев, — так это забрал, а на месте што осталось?.. Пиши! — обратился он к штабнику, который составлял донесение об успехе: «Забрал в плен полтораста и зарубил на месте двести».
— Слушай-ка, что же это? — изумленно вскинул Фёдор на него глаза. — Какие двести?
— Не меньше, — отвечал Чапаев, нисколько не смутясь.
— Да какие двести, что ты, брат, выдумываешь?
— Ничего я не выдумываю, — обиделся Чапаев. — Если ему, дураку, невдомёк, што же я — так и должен пропустить?
— Да писать-то подожди… Ну, запросим, что ли, добавочно пошлем, а теперь… Это же выдумка, Василий Иваныч!
— Так што? — ухмыльнулся тот легкомысленно. — Повеселить надо.
— Кого повеселить? — противился Фёдор. — Что тут за веселье! Да узнают про эти номера, тебе и верить-то никогда не станут…
— Не узнают, — опять отшутился было Чапаев, но Фёдор настоял, чтобы эти двести «мёртвых душ» всё-таки не включали, и Чапаев с горечью должен был согласиться…
Выдающийся русский советский писатель Дмитрий Андреевич Фурманов был участником гражданской войны, комиссаром 25-й Чапаевской дивизии. Роман «Чапаев» — самое значительное произведение писателя о гражданской войне.
— Сегодня белые, завтра красные, — причитали они, — потом опять белые, потом красные — не видим краю… И хлеб-то у нас поели и скотину забрали, обездолили кругом… — Потом почёсывали затылки и с философской примирённостью добавляли: — Оно, што же говорить, война… понимаем — жаловаться не на кого. Да трудно стало, силы нет… И когда она только окончится, проклятая? Чай бы, отдохнуть надо.
Выдающийся русский советский писатель Дмитрий Андреевич Фурманов был участником гражданской войны, комиссаром 25-й Чапаевской дивизии. Роман «Чапаев» — самое значительное произведение писателя о гражданской войне.
Бывало так, что какой-нибудь особенно дотошный красноармеец стоит-стоит у раскрытого сундука с костюмами, любуется там на разные фраки да сюртуки, а потом, когда отвернутся, выдернет разукрашенный цветной камзол, напялит с треском да с веселой, расплывшейся от удовольствия физией и крикнет:
— Ребята, смотри на короля!
Ну, конечно, «короля» сейчас же берут под микитки, сдирают с него королевскую одежду, иной раз в шею двинут раза два-три, и он — куда-нибудь к кулисам, посмотреть, нельзя ли и там чего-нибудь на себя напялить, похохотать…
Выдающийся русский советский писатель Дмитрий Андреевич Фурманов был участником гражданской войны, комиссаром 25-й Чапаевской дивизии. Роман «Чапаев» — самое значительное произведение писателя о гражданской войне.
Это время приготовлений к спектаклю едва ли не большим было удовольствием, чем самые спектакли…
Выдающийся русский советский писатель Дмитрий Андреевич Фурманов был участником гражданской войны, комиссаром 25-й Чапаевской дивизии. Роман «Чапаев» — самое значительное произведение писателя о гражданской войне.
Можно себе представить, что за богатства театральные были в 1919 году, коли чёрную сухую корку считали богатством!
Выдающийся русский советский писатель Дмитрий Андреевич Фурманов был участником гражданской войны, комиссаром 25-й Чапаевской дивизии. Роман «Чапаев» — самое значительное произведение писателя о гражданской войне.