"Потому мне кажется, что есть кое-что превыше справедливости. Кажется, это зовется милосердием."
" - ...Просто не люблю религиозных. - Религиозных? В смысле, верующих? - Нет-нет, священников, монашек, я про это. - И тому есть какая-то причина? - Они во всем так уверены, а я нет."
Бесполезно рассуждать, от чего нас может спасти смерть. Смерть над такими рассуждениями только посмеется, уж я уверен. Из всех земных созданий одна смерть знает цену жизни.
Конечно, я и тогда была юна, очень юна, но, как мне помнится, нет на свете никого старее пятнадцатилетней девочки.
... в любом случае там, где есть дружба, религия не помеха
Выходит, есть такие глубины горя, о которых знает только сам горюющий. Это путешествие к центру земли, огромная, тяжеленная машина, которая вгрызается в земную кору. А за пультом управления — маленький до смерти напуганный человечек. Ему страшно, очень страшно, но назад пути нет.
Когда снесут этот мир, вместе с ним погибнет огромное множество крохотных историй.
...человек может выстроить целую стену из воображаемых кирпичей против всех тех ужасов и жестоких мрачных испытаний, которые обрушивает на нас время, – и стать, таким образом, творцом самому себе.
Человеческое животное началось с извивающегося червячка, который зародился в глубинах древних морей, а затем с неохотой выполз на сушу. Поэтому-то нас вечно так и тянет к морю.
В разговоре мы чувствуем странную ответственность за собеседника и предлагаем ответы как утешение. Бедные мы люди!