Абернати крякнул, а его пальцы продолжали постукивать по рулю в такт музыке. «Возможно, он пел, когда ехал один», – подумала его пассажирка.
– Если хотите, можете петь, – сказала она. – Нам это не помешает.
– В следующий раз, когда будете что-то предлагать, сначала подумайте, – сказал мужчина и громко запел.
У него был ужасный голос.
Они миновали несколько плато и в четыре въехали в Вайоминг. Дорога снова стала асфальтированной, и Ди открыла маринованную свеклу. Один кусочек она положила в рот Джеку, а потом передала стеклянную банку на заднее сиденье.
– Что это? – спросила Наоми.
– Свекла. Попробуй, – предложила миссис Колклу.
Девочка понюхала банку и поморщилась:
– Какая гадость, мама!
– А ты что, не хочешь есть?
– Хочу, но это едят, когда голодают неделю, чтобы не умереть страшной смертью.
Из темноты за пределами палатки донесся вой на высокой ноте – долгий, печальный и прекрасный. Девочка оторвалась от игры. – Это был волк, папа? – Думаю, да. – Это самый одинокий звук, который я когда-либо слышала.
Похоже, должен наступить настоящий конец света, чтобы семья наконец отправилась в поход.
... слова лишь уничтожают истинный смысл.
Ему хотелось сказать что-то красивое, глубокое и утешительное; сказать, что, несмотря на весь тот ужас, между людьми, которые любили друг друга, что-то остаётся, и это что-то не исчезает даже после боли, пыток, разлуки и смерти.
Каждый раз, задумываясь о том, на что может быть похож ад, я невольно вспоминаю аэропорт Атланты.
Иногда мне кажется, что ад - это не только то мрачное подземное царство, куда, согласно представлениям многих религий, попадают грешники. Есть еще один ад - то место, в котором ты живешь, пока милосердная не освободит тебя от всех земных тревог, обязанностей, желаний.
Все сердца рано или поздно останавливаются. Но это не имеет почти никакого значения. Гораздо важнее, что ты успеешь сделать, пока твоё сердце ещё бьется.
Мы все потерпели крушение, все сидим на пустынном берегу и не знаем, что с нами будет.
Да, однажды мы просыпаемся на берегу совершенно одни: наши волосы в песке, глаза разъедает соль, на губах – горькая морская пена, и крабы уже пробуют отщипнуть кусочек от наших рук и ног… И, нравится тебе это или нет, именно в этот момент мы начинаем понимать, как сильно нам нужен Пятница – нужен хоть кто-то, кто придет и спасет нас с этого острова, потому что мы не знаем языка островитян и не можем прочесть письмо, найденное в бутылке, которую выбросило на берег вместе с нами.