Мои цитаты из книг
Ругаешься-то не по-людски, будто по лестнице вверх идёшь, - ждёшь и не дождёшься, когда ты на последнюю ступеньку ступишь...
К сожалению, роман Михаила Шолохова дошел до нас только в виде незаконченном, а именно отдельных глав, по которым уже можно судить о силе и грандиозности этого произведения, описывающего отступление советских войск на Дону во время Великой Отечественной войны. Страницы романа в достойной степени отображают отвагу, честь и преданность советских людей при защите Родины. Как солдат, так и простых людей, обреченных на оккупацию.
«Воюем-то мы вместе, а умирать будем порознь, и смерть у каждого из нас своя, собственная, вроде вещевого мешка с инициалами, написанными чернильным карандашом… А потом, Коля, свидание со смертью — это штука серьезная. Состоится оно, это свидание, или нет, а все равно сердце бьется, как у влюбленного, и даже при свидетелях ты чувствуешь себя так, будто вас только двое на белом свете: ты и она… Каждый человек живой, чего же ты хочешь?»
К сожалению, роман Михаила Шолохова дошел до нас только в виде незаконченном, а именно отдельных глав, по которым уже можно судить о силе и грандиозности этого произведения, описывающего отступление советских войск на Дону во время Великой Отечественной войны. Страницы романа в достойной степени отображают отвагу, честь и преданность советских людей при защите Родины. Как солдат, так и простых людей, обреченных на оккупацию.
В нескольких метрах от воронки девушка выпустила из потной занемевшей руки угол плащ-палатки, перевела хриплое дыхание, неожиданно проговорила плачущим голосом:
— Господи, и зачем это берут таких обломов в армию? Ну зачем, спрашивается? Ну разве я дотащу тебя, такого мерина? Ведь в тебе, миленький, верных шесть пудов!
....
— Вот еще глупости какие! И к чему вы, мужчины, всегда всякую ерунду говорите? — сердитым шепотом сказала девушка. — Куда ты годен? Ну куда? Это я только так, устала немного, а как только отдохну — снова тронемся. Я еще и не таких тяжелых вытаскивала, будь спокоен! У меня всякие случаи бывали, даже похлестче этого! Ты не смотри, что я с виду маленькая, я сильная…
К сожалению, роман Михаила Шолохова дошел до нас только в виде незаконченном, а именно отдельных глав, по которым уже можно судить о силе и грандиозности этого произведения, описывающего отступление советских войск на Дону во время Великой Отечественной войны. Страницы романа в достойной степени отображают отвагу, честь и преданность советских людей при защите Родины. Как солдат, так и простых людей, обреченных на оккупацию.
- Лучше ты меня, Лопахин, табачком угости. - А свой-то неужели весь пожег? - удивился Лопахин. - Зачем "пожег"? Чужой завсегда вкуснее,
К сожалению, роман Михаила Шолохова дошел до нас только в виде незаконченном, а именно отдельных глав, по которым уже можно судить о силе и грандиозности этого произведения, описывающего отступление советских войск на Дону во время Великой Отечественной войны. Страницы романа в достойной степени отображают отвагу, честь и преданность советских людей при защите Родины. Как солдат, так и простых людей, обреченных на оккупацию.
- Ты на фронте был? - А руку мне телок отжевал, по-твоему?
К сожалению, роман Михаила Шолохова дошел до нас только в виде незаконченном, а именно отдельных глав, по которым уже можно судить о силе и грандиозности этого произведения, описывающего отступление советских войск на Дону во время Великой Отечественной войны. Страницы романа в достойной степени отображают отвагу, честь и преданность советских людей при защите Родины. Как солдат, так и простых людей, обреченных на оккупацию.
В земляной работе, как и в любви, надо достигать определённой глубины, а ты норовишь сверху копаться.
К сожалению, роман Михаила Шолохова дошел до нас только в виде незаконченном, а именно отдельных глав, по которым уже можно судить о силе и грандиозности этого произведения, описывающего отступление советских войск на Дону во время Великой Отечественной войны. Страницы романа в достойной степени отображают отвагу, честь и преданность советских людей при защите Родины. Как солдат, так и простых людей, обреченных на оккупацию.
- Да нет, это вовсе не то, об чём вы по глупости думаете. Это болезнь не телесная, а мозговая. - Моз-го-вая? - разочарованно протянул Лопахин. - Чепуха! У тебя такой болезни быть не может, не на чем ей обосноваться, почвы для неё нет... почвы!
К сожалению, роман Михаила Шолохова дошел до нас только в виде незаконченном, а именно отдельных глав, по которым уже можно судить о силе и грандиозности этого произведения, описывающего отступление советских войск на Дону во время Великой Отечественной войны. Страницы романа в достойной степени отображают отвагу, честь и преданность советских людей при защите Родины. Как солдат, так и простых людей, обреченных на оккупацию.
Подойдем к Дону — брошу все это к чорту, сыму штаны и буду утопать голый. Голому всё как-то приятней...
— Замолчи, пожалуйста, не утонешь ты! Навоз не тонет, — яростным шепотом сказал Лопахин.
Но Копытовский тотчас же отозвался:
— Ясное дело, что навоз не тонет, и ты, Лопахин, переплывешь в первую очередь, а мне - каюк... Как только дойдем до Дона — безопасную бритву подарю тебе на память... Я не такой перец, как ты, я зла не помню... Брейся моей бритвой на здоровье и вспоминай геройски утопшего Александра Копытовского.
К сожалению, роман Михаила Шолохова дошел до нас только в виде незаконченном, а именно отдельных глав, по которым уже можно судить о силе и грандиозности этого произведения, описывающего отступление советских войск на Дону во время Великой Отечественной войны. Страницы романа в достойной степени отображают отвагу, честь и преданность советских людей при защите Родины. Как солдат, так и простых людей, обреченных на оккупацию.
Все можно забыть: оскорбления, обиды, несправедливости, но унижения не забывает ни один человек, это в человеческой натуре. Звери преследуют друг друга, дерутся, убивают, поедают, но не унижают. Только люди унижают друг друга. И ни один человек своего унижения не забудет и тому, перед кем унижался, никогда не простит. Наоборот, всегда будет его ненавидеть.
16+ Анатолий Рыбаков «Дети Арбата». Читает Вячеслав Герасимов. Время звучания: 1 день 4 часа. 1934 год. Комсомольский активист Саша Панкратов арестован по нелепому обвинению. Его одноклассник Юрий Шарок идет работать в ГПУ. Девочка Варя, потрясенная арестом Саши, мечется, оступается и вновь находит себя. Товарищ Сталин в Кремле думает, как еще больше укрепить свою власть. Публикация этого романа в 1986 г. стала поводом для многочисленных дискуссий о судьбах СССР и ознаменовала собой...
Смерть решает все проблемы. Нет человека и нет проблем.
16+ Анатолий Рыбаков «Дети Арбата». Читает Вячеслав Герасимов. Время звучания: 1 день 4 часа. 1934 год. Комсомольский активист Саша Панкратов арестован по нелепому обвинению. Его одноклассник Юрий Шарок идет работать в ГПУ. Девочка Варя, потрясенная арестом Саши, мечется, оступается и вновь находит себя. Товарищ Сталин в Кремле думает, как еще больше укрепить свою власть. Публикация этого романа в 1986 г. стала поводом для многочисленных дискуссий о судьбах СССР и ознаменовала собой...