...большую тайну может сохранить только большой коллектив.
– Дети мои! – начал ректор, дождавшись тишины. Над полем пронесся стон. Начало «Дети мои!» означало двухчасовую лекцию. Студенты еще согласились бы на «Друзья!» (энергичный спич на сорок минут) или «В последнее время у нас участились…» (получасовая нотация), Но «Дети мои» в данной ситуации были явным перебором.
Каменный Философ считался существом чрезвычайно разумным, а его пророчества – непогрешимыми. Например, в самый разгар Гражданской войны в США он уверенно заявил: «Эти парни своего не упустят!». Уточняющие вопросы Философ проигнорировал. Не удалось выяснить и к чему, собственно, относились его судьбоносные фразы: «Не хотел бы я оказаться на его месте», «Ничего-ничего, дальше будет хуже» и «Необходимость этого была обусловлена»[38]. Тем не менее, все сказанное тщательно протоколировалось и становилось предметом бурных дискуссий, а также огромного количества докторских диссертаций.
На выпускном экзамене в МАГистратуре Харлею достался сфинкс. Молодой преподаватель с блеском выдержал испытание, ответив на все вопросы «этого зверя». При этом Харл превзошел себя, добавив к традиционным «А ты как думаешь?» и «А что делать?» эксклюзивное «В смысле?» Больше сфинксы на экзаменах не применялись.
– Судя по всему, на распитие спиртных напитков в рабочее время у вас разрешение есть. Вы что, хотите неприятностей?
Дверь тотчас распахнулась. Мадам Камфри держалась молодцом, хотя и за косяк двери.
– Это не спиртные напитки, – с достоинством ответила она, – это чистый спирт, которым я протирала раны.
– Видимо, душевные, – хмыкнула Сьюзан.
Пока все складывалось удачно. Хотя и противно.
Над горами всякой дряни проплыло коллективное бессознательное. Оно оживленно беседовало с собой, активно используя символы и архетипы.
Дальнейшая речь мисс Сьюзан почти полностью состояла из неизвестных Гаттеру слов. Если бы хоть часть из них была заклинаниями, школу волшебства Первертс разнесло бы на мелкие кусочки.
Впрочем, какие-то части фраз все-таки оказались заклятиями, потому что в преподавательской сработала сигнализация от черной магии, и по всей школе завыли аварийные вервольфы.
– Так вот ты где! – пророкотал кто-то над самым ухом. – Хорошая позиция. Все зоны подлета сов простреливаются, гипогрифу тоже не проскочить, ну, а дракон… ну, а что дракон? Если дракон, то все, полный крендель, тут уж никакая стратегия не поможет.
– Друзья! Я знаю, вы все устали, поэтому буду краток. И ректор был краток на протяжении сорока минут.