— Воду я беру там, где родник уходит из скал. Вчера вечером я положил чайные листья в бутон хризантемы. Утром, когда цветок раскрылся навстречу солнцу, я извлек их, эти листья пропитались душой утренней росы.
Лишь две дороги ведут к вратам вечной Жизни: или заройся в грязи, словно червь, иль, как дракон, воспари к небесам.
- Ваша честь, - безжизненным голосом пробормотал Да Кей, - когда человеку нечего более ждать ни в этой, ни в следующей жизни, у него нет причин лгать.
– Солдат! – гордо ответствовал старшина. – Для нашей императорской армии нет ничего невозможного! Разве тебе никто никогда не рассказывал о переправе через Желтую реку? Не было ни моста, ни парома, но наш генерал решил переправиться на другой берег. Две тысячи наших солдат прыгнули в воду, держась за руки так, чтобы образовались две шеренги. Еще тысяча солдат встала между ними, держа щиты над головой. Генерал проскакал на коне по живому мосту!
Когда видишь такой почерк, друзья мои, понимаешь, почему древние сравнивали творения великих каллиграфов с «поступью крадущейся пантеры и буйством драконов, сплетающихся в грозовых тучах».
– Я слыхивал немало историй об отшельниках, – молвил он. – Однако на деле оказывалось, что это – просто лентяи и невежи.
Не вызывай того, кого не сможешь повергнуть.
Слава богу, я смог выйти за пределы обычных представлений, иначе мой рассудок не выдержал бы, столкнувшись с Неведомым.
Возможно, определенные формы способны внушать необъяснимый ужас, пробуждая древние, таящиеся в подсознании инстинкты, – словно исчезает на миг спасительное покрывало, и человек остается один на один с непознаваемыми вселенскими силами, с тем неведомым, что доселе скрывали от него спасительные иллюзии здравого смысла.
К счастью, человеку дарована возможность забытья.