А что вы на меня так смотрите, отец родной? На мне узоров нету и цветы не растут.
Колоссальную пользу получил. Почти все понял.
А что вы на меня так смотрите, отец родной? На мне узоров нету и цветы не растут.
И кильками в наш век гораздо легче отравиться, нежели водкой.
Меня терзает смутное сомнение.
Это я удачно зашел.
Иоанн. Ты боярыню соблазнил?
Якин. Я… я… Житие мое…
Иоанн. Пес смердящий! Какое житие?! Ты посмотри на себя! О, зол муж! Дьявол научиши тя долгому спанию, по сне зиянию, главоболию с похмелья и другим злостям неизмерным и неисповедимым!…
Якин. Пропал! Зинаида, подскажите мне что-нибудь по-славянски!… Ваш муж не имеет права делать такие опыты!! (Иоанну.) Паки, паки… Иже херувимы!… Ваше величество, смилуйтесь!
Иоанн. Покайся, любострастный прыщ!
Зинаида. Только не убивайте его!
Якин. Каюсь!…
Иоанн. Преклони скверную твою главу и припади к честным стопам соблазненной боярыни…
Якин. С удовольствием. Вы меня не поняли!!! Не поняли!…
Иоанн. Как тебя понять, когда ты ничего не говоришь!
Якин. Языками не владею, ваше величество!…
Бунша. Это я, Николай Иванович.Тимофеев. Я вижу, Иван Васильевич. Удивляюсь я вам, Иван Васильевич! В ваши годы вам бы дома сидеть, внуков нянчить, а вы целый день бродитепо дому с засаленной книгой… Я занят, Иван Васильевич, простите.Бунша. Это домовая книга. У меня нет внуков. И если я перестану ходить, то произойдет ужас.Тимофеев. Государство рухнет?Бунша. Рухнет, если за квартиру не будут платить. Унас в доме думают, что можно не платить, а на самом деле нельзя. Вообще наш дом удивительный. Я по двору прохожу и содрогаюсь. Все окна раскрыты, все на подоконниках лежат и рассказывают такую ерунду, которую рассказывать неудобно.Тимофеев. Ей-богу, я ничего не понимаю! Вам лечиться надо, князь!Бунша. Николай Иванович, вы не называйте меня князем, я уж доказал путем представления документов, что за год до моего рождения мой папа уехал за границу, и таким образом очевидно, что я сын нашего кучера Пантелея. Я и похож на Пантелея.Тимофеев. Ну, если вы сын кучера, тем лучше. Но у меня нет денег, Иван Пантелеевич.
Когда вы говорите, Иван Васильевич, впечатление такое, что вы бредите!
С восторгом предаюсь в руки родной милиции, надеюсь на нее и уповаю.