В конце концов выяснилось, что во всех бедах виноваты эльфы. С этим я была согласна, громко крича «да!» на все обвинения в сторону остроухих, раздававшиеся со сцены.
— Они живут дольше нас!
— Что им лишний год обучения!
— Ломиториэль никогда «отлично» не поставит!
— Они богаты и не делятся!
— «Эльфийская стрелка» подняла цену на входной билет!
— Пиво дорожает. Что им, они его не пьют!
— Бабы красивые, но не дают!
Остатками разума я пыталась понять, почему это мне обидно, что эльфийские девушки мне не дают, но меня дернул за руку какой-то незнакомый парень и закричал:
— Верно говорят, да?!
— Да! — согласилась я, глядя в его блестящие от возбуждения глаза.
— Эльфов нужно бить!
— Да! — взревела толпа.
— Если бы они участвовали в погромах, то должны были и меня избить как представителя расового меньшинства.
Стражник с сомнением покосился на мускулы Живко, которые не скрывала короткая жилетка.
— А почему девица такая ободранная? — обвиняющим тоном спросил один из стражников, указывая на меня.
— Давайте, давайте, — сказала я, — арестовывайте меня за то, что я с собачками поигралась!
— Я торговец волкодавами, — поддержал мою версию Живко.
Стражники колебались. Вдруг один из них спросил:
— Вы Ольгерда Ляха?
— Да, — ответила я, удивляясь своей популярности.
— Это вы устроили шум в тюрьме две недели назад?
— Ну не только я, но я в том числе, — польщено ответила я.
Стражник что-то зашептал своим напарникам, я прислушалась и расслышала отдельные слова «кошмар», «пели», «просили есть», «с головой проблемы» и «Беф».
— Как ты думаешь, если я помогу тебе развесить белье, я не сильно уроню свой страшный образ в глазах твоих соседей? — спросил Ирга.
— Нет, конечно, они наверняка будут искать в твоих действиях какую-то таинственную подоплеку, — поспешила сказать я. — Что делают некроманты с мокрым бельем?
— Не знаю, — задумался возлюбленный. — Но я обязательно придумаю что-нибудь страшное и извращенское.
— Его убьет одна мысль, что ты мертва, — ухмыльнулся злодей. — Как показывает практика, не убьет, — не согласилась я. Лойд в удивлении остановился. — Откуда ты знаешь? — Меня убивали недавно, — сообщила я. — Ты не только меня достала? — спросил парень. — Просто я очень популярна, — скромно ответила я.
— Я никогда не считал себя дураком, но я не могу понять, что делает лопата для уборки снега в разгар лета в моей квартире? — Это я принесла, — сообщила я. — Теперь мне стало намного понятнее
...поверь мне, эту девицу может выдержать только Ирга с его стальными нервами любителя покойничков. Тем более у него много лет практики.
— А где Ирга? — спросил лучший друг. — В могиле. — Скорблю вместе с тобой, — со слезой в голосе сказал Отто. — Подожди скорбеть-то, может, еще живой. — А что он делает в могиле? — Изучает жизнь подопечных, так сказать, изнутри. — Странные люди эти некроманты.
— Не смотри на меня, я такое страшилище! — Что ты, я на работе вижу женщин, которые выглядят намного хуже тебя, — утешил некромант. — Это на кладбище, что ли? — подозрительно уточнила я. — Ну а где же я работаю? — дипломатично ответил Ирга.
Пахло марихуаной.
— У вас есть друзья в Лондоне? — Истинные патриоты есть везде.