Мои цитаты из книг
Вся наша жизнь как сигаретка на сильном ветру.
В основе романа лежит долгая и сложная, подчас трагическая и удивительная история поисков чукотского золота. Но роман этот не о золоте — острые нравственные конфликты раскрывают перед читателем целую галерею характеров и судеб людей, которые выдерживают суровый экзамен на звание первопроходца. Повести и рассказы: — Два выстрела в сентябре — Через триста лет после радуги — Анютка, Хыш, свирепый Макавеев — Чуть-чуть невеселый рассказ — С тех пор, как плавал старый Ной — Берег принцессы...
Такова была система ценностей, которую им старательно разъясняли в геологоразведочном институте: в любом месте чувствовать себя, точно дома. А для этого надо вести себя так, точно ты один из своих. Нет худшего падения, чем пытаться себя возвысить, выделить. Если тебе суждено быть вознесенным, тебя вознесут другие. Друзья, коллеги выберут тебя лидером. Но если ты попытаешься взять лидерство сам, без заслуженного права на это, ты уже вычеркнут из списков своих. А большего позора и быть не может. Закон стаи, касты или еще там чего. Неважно. Все они верили и до сих пор верят в этот закон.
В основе романа лежит долгая и сложная, подчас трагическая и удивительная история поисков чукотского золота. Но роман этот не о золоте — острые нравственные конфликты раскрывают перед читателем целую галерею характеров и судеб людей, которые выдерживают суровый экзамен на звание первопроходца. Повести и рассказы: — Два выстрела в сентябре — Через триста лет после радуги — Анютка, Хыш, свирепый Макавеев — Чуть-чуть невеселый рассказ — С тех пор, как плавал старый Ной — Берег принцессы...
Чинков был всегда молчалив и вламывался в работу, как танк в берёзки.
В основе романа лежит долгая и сложная, подчас трагическая и удивительная история поисков чукотского золота. Но роман этот не о золоте — острые нравственные конфликты раскрывают перед читателем целую галерею характеров и судеб людей, которые выдерживают суровый экзамен на звание первопроходца. Повести и рассказы: — Два выстрела в сентябре — Через триста лет после радуги — Анютка, Хыш, свирепый Макавеев — Чуть-чуть невеселый рассказ — С тех пор, как плавал старый Ной — Берег принцессы...
Жизненная наука заключается в том, что никогда не надо сдаваться раньше конца.
В основе романа лежит долгая и сложная, подчас трагическая и удивительная история поисков чукотского золота. Но роман этот не о золоте — острые нравственные конфликты раскрывают перед читателем целую галерею характеров и судеб людей, которые выдерживают суровый экзамен на звание первопроходца. Повести и рассказы: — Два выстрела в сентябре — Через триста лет после радуги — Анютка, Хыш, свирепый Макавеев — Чуть-чуть невеселый рассказ — С тех пор, как плавал старый Ной — Берег принцессы...
Земля, где родился и состарился Кьяе, всегда лежала в стороне от истории, изучаемой в школе.
В основе романа лежит долгая и сложная, подчас трагическая и удивительная история поисков чукотского золота. Но роман этот не о золоте — острые нравственные конфликты раскрывают перед читателем целую галерею характеров и судеб людей, которые выдерживают суровый экзамен на звание первопроходца. Повести и рассказы: — Два выстрела в сентябре — Через триста лет после радуги — Анютка, Хыш, свирепый Макавеев — Чуть-чуть невеселый рассказ — С тех пор, как плавал старый Ной — Берег принцессы...
— Чая нет, Клим Алексеевич? — спросил Баклаков. — Как нет? — удивился Куценко. — Я вас-тебя за пять километров увидел, сразу термос залил. Во-он у стенки вас-тебя термос ждет. Это где же такое бывает: человек из маршрута, а чая нет?
В основе романа лежит долгая и сложная, подчас трагическая и удивительная история поисков чукотского золота. Но роман этот не о золоте — острые нравственные конфликты раскрывают перед читателем целую галерею характеров и судеб людей, которые выдерживают суровый экзамен на звание первопроходца. Повести и рассказы: — Два выстрела в сентябре — Через триста лет после радуги — Анютка, Хыш, свирепый Макавеев — Чуть-чуть невеселый рассказ — С тех пор, как плавал старый Ной — Берег принцессы...
За долгие годы жизни мимо Кьяе прошло много людей. Ему нравилось думать о них, о сказанных ими словах. От одних людей пахло потом. Даже мысли их, так Кьяе казалось, пахли работой. Он уважал их. От других пахло деньгами. Их Кьяе жалел. Он сердился, когда о жизни говорили «хорошая» или «плохая». Жизнь не может быть хорошей или плохой. Просто она бывает разной. Она всегда просто жизнь. Смешно думать, что деньги могут улучшить ее.
В основе романа лежит долгая и сложная, подчас трагическая и удивительная история поисков чукотского золота. Но роман этот не о золоте — острые нравственные конфликты раскрывают перед читателем целую галерею характеров и судеб людей, которые выдерживают суровый экзамен на звание первопроходца. Повести и рассказы: — Два выстрела в сентябре — Через триста лет после радуги — Анютка, Хыш, свирепый Макавеев — Чуть-чуть невеселый рассказ — С тех пор, как плавал старый Ной — Берег принцессы...
Но если душа ваша не очерствела от частых перемещений по государству или, наоборот, не поблекла от жизни в одном месте, вы постоянно будете чувствовать, что нечто главное идет мимо вас, и оно не умещается ни в рассказы старожилов, ни в кадры слайдов, ни в записные книжки. Возможно, это главное заключается в узкой полоске ослепительно лимонного цвета, которая отделяет хмурое небо от горизонта в закатный час. У вас вдруг сожмет сердце, и вы подумаете без всякой причины, что до сих пор жили не так, как надо. Шли на компромиссы, когда надо было проявить твердость характера, в погоне за мелкими удобствами теряли главную цель, и вдруг вы завтра умрете, а после вас и не останется ничего. Ибо служебное положение, оклад, квартира в удобном районе, мебель, цветной телевизор, круг приятных знакомых, возможность ежегодно бывать на курорте, даже машина и гараж рядом с домом — все это исчезнет для вас и не останется никому либо останется на короткое время. Во всяком случае, бессмертная душа ваша, неповторимое и единственное ваше бытие тут ни при чем. Что-то вы упустили.
В основе романа лежит долгая и сложная, подчас трагическая и удивительная история поисков чукотского золота. Но роман этот не о золоте — острые нравственные конфликты раскрывают перед читателем целую галерею характеров и судеб людей, которые выдерживают суровый экзамен на звание первопроходца. Повести и рассказы: — Два выстрела в сентябре — Через триста лет после радуги — Анютка, Хыш, свирепый Макавеев — Чуть-чуть невеселый рассказ — С тех пор, как плавал старый Ной — Берег принцессы...
[Гурин и Баклаков]— …Я буду серьезен. Ты читал когда-нибудь отчёты классиков? Мушкетова? Старика Обручева? Богдановича?
— Пожалуй, что нет.
— Чему ты учился шесть лет… Старики-классики писали геологические романы. Они давали завязку — фактический материал, они давали интригу — ход собственных мыслей, они давали развязку — выводы о геологическом строении. Она писали комментарии к точке зрения противников, они писали эссе о частных вариантах своих гипотез. И, кстати, они великолепно знали русский язык. Они не ленились описать пейзаж так, чтобы ты проникся их настроением, их образом мыслей. Так делали старики.
В основе романа лежит долгая и сложная, подчас трагическая и удивительная история поисков чукотского золота. Но роман этот не о золоте — острые нравственные конфликты раскрывают перед читателем целую галерею характеров и судеб людей, которые выдерживают суровый экзамен на звание первопроходца. Повести и рассказы: — Два выстрела в сентябре — Через триста лет после радуги — Анютка, Хыш, свирепый Макавеев — Чуть-чуть невеселый рассказ — С тех пор, как плавал старый Ной — Берег принцессы...
«Господи, — сказал Баклаков. — Нет никаких пределов, и нет никаких границ. Идет нормальная вечная жизнь».
В основе романа лежит долгая и сложная, подчас трагическая и удивительная история поисков чукотского золота. Но роман этот не о золоте — острые нравственные конфликты раскрывают перед читателем целую галерею характеров и судеб людей, которые выдерживают суровый экзамен на звание первопроходца. Повести и рассказы: — Два выстрела в сентябре — Через триста лет после радуги — Анютка, Хыш, свирепый Макавеев — Чуть-чуть невеселый рассказ — С тех пор, как плавал старый Ной — Берег принцессы...