Мои цитаты из книг
Бакунин был первым русским, серьезно познакомившимся уже в 40-х годах с идеями Маркса. Причем материализм и атеизм Маркса, его политическая экономия, бесспорно, повлияли на него. Отсутствие у Бакунина в это время каких-либо догматических представлений, несвязанность его с тем или иным политическим или философским течением, направлением, школой способствовали сравнительно легкому усвоению ряда импонирующих ему идей Маркса. «Маркс был тогда гораздо более крайним, чем я, — вспоминал он спустя почти 30 лет, — да и теперь он, если не более крайний, то несравненно ученее меня. Я тогда и понятия не имел о политической экономии, и мой социализм был чисто инстинктивным.
Настоящее издание представляет собой новое жизнеописание, пожалуй, самой колоритной фигуры мирового революционного движения XIX века - Михаила Александровича Бакунина (1814 - 1876), которого современники называли "отцом анархии", "апостолом свободы" и "гражданином мира". Доктор философских наук В.Н.Демин предпринял попытку преодолеть бытовавшее долгое время одностороннее представление об этой незаурядной личности, показав Бакунина не только в окружении его замечательной семьи и великих друзей...
В переживаемое нами время нужно быть последовательным и верным своим убеждениям вплоть до риска своей головой, потому что эта последовательность и эта верность составляют единственную охрану нашего достоинства. Очень трудно быть последовательным, но позорно не быть таковым.
Настоящее издание представляет собой новое жизнеописание, пожалуй, самой колоритной фигуры мирового революционного движения XIX века - Михаила Александровича Бакунина (1814 - 1876), которого современники называли "отцом анархии", "апостолом свободы" и "гражданином мира". Доктор философских наук В.Н.Демин предпринял попытку преодолеть бытовавшее долгое время одностороннее представление об этой незаурядной личности, показав Бакунина не только в окружении его замечательной семьи и великих друзей...
Ненависть - отличный антидот к страху.
Они перекодировали ДНК и получили бессмертие. Получили вечность. Но потеряв смерть, они потеряли то, что их подгоняло, что заставляло двигаться, заставляло пользоваться жизнью… Им стал не нужен бог – зачем боги бессмертным? – и храмы превращены в публичные дома. Да и те судебные приставы закрывают за долги. И над всем царит Закон. Закон Выбора. И их вечная жизнь в коробках континентальных мегаполисов-муравейников, или на просторах ледяной Сибири, или в выжженном ядерными зарядами Индостане – все...
Счастлив тот, за кого всё решают другие: ему не в чем исповедоваться.
Они перекодировали ДНК и получили бессмертие. Получили вечность. Но потеряв смерть, они потеряли то, что их подгоняло, что заставляло двигаться, заставляло пользоваться жизнью… Им стал не нужен бог – зачем боги бессмертным? – и храмы превращены в публичные дома. Да и те судебные приставы закрывают за долги. И над всем царит Закон. Закон Выбора. И их вечная жизнь в коробках континентальных мегаполисов-муравейников, или на просторах ледяной Сибири, или в выжженном ядерными зарядами Индостане – все...
Наша земля держится на трех слонах, те - на панцире огромной черепахи, черепаха - на спине невообразимых размеров кита, и все они - на таблетках.
Они перекодировали ДНК и получили бессмертие. Получили вечность. Но потеряв смерть, они потеряли то, что их подгоняло, что заставляло двигаться, заставляло пользоваться жизнью… Им стал не нужен бог – зачем боги бессмертным? – и храмы превращены в публичные дома. Да и те судебные приставы закрывают за долги. И над всем царит Закон. Закон Выбора. И их вечная жизнь в коробках континентальных мегаполисов-муравейников, или на просторах ледяной Сибири, или в выжженном ядерными зарядами Индостане – все...
«Паранойя!» — вопит марионетка, которой рассказали о кукольном театре.
Они перекодировали ДНК и получили бессмертие. Получили вечность. Но потеряв смерть, они потеряли то, что их подгоняло, что заставляло двигаться, заставляло пользоваться жизнью… Им стал не нужен бог – зачем боги бессмертным? – и храмы превращены в публичные дома. Да и те судебные приставы закрывают за долги. И над всем царит Закон. Закон Выбора. И их вечная жизнь в коробках континентальных мегаполисов-муравейников, или на просторах ледяной Сибири, или в выжженном ядерными зарядами Индостане – все...
— Мы ничего не делаем со своей вечностью, — шелестит Беатрис. — Какой великий роман был написан за последние сто лет? Какое великое кино снято? Какое великое открытие сделано? Мне приходит на ум одно старье. Мы ничего не сделали со своей вечностью. Смерть подгоняла нас, Джейкоб. Смерть заставляла торопиться. Заставляла нас пользоваться жизнью. Смерть раньше было видно отовсюду. Все помнили о ней. Это структура: вот начало, вот конец.
Они перекодировали ДНК и получили бессмертие. Получили вечность. Но потеряв смерть, они потеряли то, что их подгоняло, что заставляло двигаться, заставляло пользоваться жизнью… Им стал не нужен бог – зачем боги бессмертным? – и храмы превращены в публичные дома. Да и те судебные приставы закрывают за долги. И над всем царит Закон. Закон Выбора. И их вечная жизнь в коробках континентальных мегаполисов-муравейников, или на просторах ледяной Сибири, или в выжженном ядерными зарядами Индостане – все...
Нет, внучек, человек не снаружи стареет, а изнутри!
Они перекодировали ДНК и получили бессмертие. Получили вечность. Но потеряв смерть, они потеряли то, что их подгоняло, что заставляло двигаться, заставляло пользоваться жизнью… Им стал не нужен бог – зачем боги бессмертным? – и храмы превращены в публичные дома. Да и те судебные приставы закрывают за долги. И над всем царит Закон. Закон Выбора. И их вечная жизнь в коробках континентальных мегаполисов-муравейников, или на просторах ледяной Сибири, или в выжженном ядерными зарядами Индостане – все...
Путешествуя по горизонтали, всегда знаешь, куда попадёшь. Путешествуя по вертикали, можешь оказаться где угодно.
Они перекодировали ДНК и получили бессмертие. Получили вечность. Но потеряв смерть, они потеряли то, что их подгоняло, что заставляло двигаться, заставляло пользоваться жизнью… Им стал не нужен бог – зачем боги бессмертным? – и храмы превращены в публичные дома. Да и те судебные приставы закрывают за долги. И над всем царит Закон. Закон Выбора. И их вечная жизнь в коробках континентальных мегаполисов-муравейников, или на просторах ледяной Сибири, или в выжженном ядерными зарядами Индостане – все...
Но люди не хотят ничего понимать, им плевать на экономику и на экологию, им лень и страшно думать. Они хотят бесконечно жрать и бесконечно трахаться.
Они перекодировали ДНК и получили бессмертие. Получили вечность. Но потеряв смерть, они потеряли то, что их подгоняло, что заставляло двигаться, заставляло пользоваться жизнью… Им стал не нужен бог – зачем боги бессмертным? – и храмы превращены в публичные дома. Да и те судебные приставы закрывают за долги. И над всем царит Закон. Закон Выбора. И их вечная жизнь в коробках континентальных мегаполисов-муравейников, или на просторах ледяной Сибири, или в выжженном ядерными зарядами Индостане – все...