"Циником быть легко. Оптимист - это храбрый циник".
Замолкает, будто на кончике языка замерла стайка мимолетных слов, беглых пустячков, что не вытекут сами по себе и никак их не вытолкнуть.
Ему как-то рассказали, что настоящий ирландец сделает крюк в пятьдесят миль, только чтобы услышать оскорбление, - и в сотню миль, если оскорбление сочное.
Заря выпустила утро наружу мелкими ползками серого.
Сенатор опирается на оконную раму. О запястье легонько трется дождик.
Правду не защитить молчанием.
Мир берет и не кончается; невозможно им не восхищаться.
Второе место чести не приносит.
Всегда найдется место по меньшей мере двум правдам.
Они прекрасно знают, что в полете могут оглохнуть, этот рев застрянет внутри навеки, поселится в телах, и оба они, точно ходячие граммофоны, будут слышать его, даже если сядут на другом берегу.