Мои цитаты из книг
Ты создаешь себя, творя другого, кто в свою очередь сотворил тебя, выбрал тебя, комок глины, из общей массы. Получаются два тебя: один, которого ты сам создаешь, влюбившись, и второй, которого создает твой любимый, полюбив тебя.
Злая, бесконечно остроумная и насмешливая препарация "политической кухни" избирательной кампании в глухом южном штате. Сейчас - больше чем полстолетия спустя после его создания - роман воспринимается так, словно он был создан вчера. Пиар и "черный" пиар. Подкуп, шантаж и война компроматов. Сговор, подтасовка, слив информации… Эта книга актуальна и теперь! На самом деле книга совсем не про политику...
Человек уходит из дома, что-то гонит его прочь. По ночам он лежит на чужих кроватях, и чужой ветер шумит над ним в деревьях. Он бродит по чужим улицам, и перед глазами его проходят лица, но он не знает имён этих лиц. Голоса, которые он слышит, - не те голоса, что звучат в его ушах с тех пор, как он ушёл из дома. Это громкие голоса. Такие громкие, что заглушают голоса его родины. Но вот наступает минута тишины, и он снова слышит прежние голоса, те голоса, что он унёс с собой, уходя из дома. И он уже разбирает, что они говорят. Они говорят: "Возвращайся". Они говорят: "Возвращайся, мальчик". И он возвращается.
Злая, бесконечно остроумная и насмешливая препарация "политической кухни" избирательной кампании в глухом южном штате. Сейчас - больше чем полстолетия спустя после его создания - роман воспринимается так, словно он был создан вчера. Пиар и "черный" пиар. Подкуп, шантаж и война компроматов. Сговор, подтасовка, слив информации… Эта книга актуальна и теперь! На самом деле книга совсем не про политику...
Если бы человек знал, как жить, он никогда бы не умер.
Злая, бесконечно остроумная и насмешливая препарация "политической кухни" избирательной кампании в глухом южном штате. Сейчас - больше чем полстолетия спустя после его создания - роман воспринимается так, словно он был создан вчера. Пиар и "черный" пиар. Подкуп, шантаж и война компроматов. Сговор, подтасовка, слив информации… Эта книга актуальна и теперь! На самом деле книга совсем не про политику...
Другу Детства суждено быть единственным вашим другом, ибо вас он, в сущности, не видит. Он мысленно видит лицо, давно не существующее, он произносит имя — Спайк, Бад, Снип, Ред, Расти, Джек, Дейв, — которое принадлежало тому ныне не существующему лицу, а сейчас из-за какой-то маразматической путаницы во вселенной досталось незваному и тягостному незнакомцу. Но, поддакивая вселенской околесице, он вежливо зовет этого скучного незнакомца именем, по праву принадлежащим мальчишескому лицу, и тем временам, когда тонкий мальчишеский голос разносился над водой, шептал ночью у костра или днем на людной улице: «А ты знаешь это: «Стонет лес на краю Венлока. Гнется чаща, Рикина руно». Друг Детства потому остается вашим другом, что вас он уже не видит.А может, и никогда не видел. Вы были для него лишь частью обстановки чудесного, впервые открывающегося мира. А дружба — неожиданной находкой, которую он должен подарить кому-нибудь в знак благодарности, в уплату за этот новый, захватывающий мир, распускающийся на глазах, как луноцвет. Кому подарить - неважно, важно только подарить; и если рядом оказались вы, вас наделяют всеми атрибутами друга, а ваша личность отныне не имеет значения. Друг Детства навсегда становится единственным вашим другом, ибо ему нет дела ни до своей выгоды, ни до ваших достоинств. Ему плевать на Преуспеяние и на Преклонение перед Более Достойным — два стандартных критерия дружбы взрослых, — и он протягивает руку скучному незнакомцу, улыбается (не видя вашего настоящего лица), произносит имя (не относя его к вашему настоящему лицу) и говорит: «Здорово, Джек, заходи, как я рад тебя видеть!»
Злая, бесконечно остроумная и насмешливая препарация "политической кухни" избирательной кампании в глухом южном штате. Сейчас - больше чем полстолетия спустя после его создания - роман воспринимается так, словно он был создан вчера. Пиар и "черный" пиар. Подкуп, шантаж и война компроматов. Сговор, подтасовка, слив информации… Эта книга актуальна и теперь! На самом деле книга совсем не про политику...
Если у нас было такое замечательное прекрасное прошлое, то откуда, чёрт подери, взялось это совсем не замечательное и не прекрасное настоящее - откуда, если этого незамечательного и непрекрасного не было у нас в прошлом?
Злая, бесконечно остроумная и насмешливая препарация "политической кухни" избирательной кампании в глухом южном штате. Сейчас - больше чем полстолетия спустя после его создания - роман воспринимается так, словно он был создан вчера. Пиар и "черный" пиар. Подкуп, шантаж и война компроматов. Сговор, подтасовка, слив информации… Эта книга актуальна и теперь! На самом деле книга совсем не про политику...
– Человек зачат в грехе и рожден в мерзости, путь его – от пеленки зловонной до смердящего савана. Всегда что-то есть.
Злая, бесконечно остроумная и насмешливая препарация "политической кухни" избирательной кампании в глухом южном штате. Сейчас - больше чем полстолетия спустя после его создания - роман воспринимается так, словно он был создан вчера. Пиар и "черный" пиар. Подкуп, шантаж и война компроматов. Сговор, подтасовка, слив информации… Эта книга актуальна и теперь! На самом деле книга совсем не про политику...
"Чего вы не знаете, то вам не вредит, ибо не существует"
Злая, бесконечно остроумная и насмешливая препарация "политической кухни" избирательной кампании в глухом южном штате. Сейчас - больше чем полстолетия спустя после его создания - роман воспринимается так, словно он был создан вчера. Пиар и "черный" пиар. Подкуп, шантаж и война компроматов. Сговор, подтасовка, слив информации… Эта книга актуальна и теперь! На самом деле книга совсем не про политику...
Женщины никого так не любят, как пропойц, озорников, скандалистов, подонков. Они любят их потому, что они - я имею в виду женщин - подобны пчелам из загадки Самсона: им приятно строить свои соты в трупе льва. Из сильного выйдет сладкое.
Злая, бесконечно остроумная и насмешливая препарация "политической кухни" избирательной кампании в глухом южном штате. Сейчас - больше чем полстолетия спустя после его создания - роман воспринимается так, словно он был создан вчера. Пиар и "черный" пиар. Подкуп, шантаж и война компроматов. Сговор, подтасовка, слив информации… Эта книга актуальна и теперь! На самом деле книга совсем не про политику...
Вы никогда не можете уйти от того, от чего вам хотелось бы уйти больше всего на свете.
Злая, бесконечно остроумная и насмешливая препарация "политической кухни" избирательной кампании в глухом южном штате. Сейчас - больше чем полстолетия спустя после его создания - роман воспринимается так, словно он был создан вчера. Пиар и "черный" пиар. Подкуп, шантаж и война компроматов. Сговор, подтасовка, слив информации… Эта книга актуальна и теперь! На самом деле книга совсем не про политику...
Гордый человек, знающий себе цену, недоступен для лести, потому что никто не откроет ему таких его достоинств, о которых он сам не знал бы.
Злая, бесконечно остроумная и насмешливая препарация "политической кухни" избирательной кампании в глухом южном штате. Сейчас - больше чем полстолетия спустя после его создания - роман воспринимается так, словно он был создан вчера. Пиар и "черный" пиар. Подкуп, шантаж и война компроматов. Сговор, подтасовка, слив информации… Эта книга актуальна и теперь! На самом деле книга совсем не про политику...