Мои цитаты из книг
В запахе увядающих тубероз есть что-то человеческое.
Главный литературный скандал XIX века, книга, которую запирали в книжных шкафах, прятали от детей и юношества до тех пор, пока само юношество вообще не прекратило читать. Больше того, - это роман, по которому конструировали свои произведения все, желавшие произвести скандал в культуре. Так что же на самом деле сотворил Эмиль Золя? Он открыл нам мир закулисья - закулисья любви, пристойности, политики, финансов и заставил нас пристальнее вглядеться как в светлые, так и в темные стороны жизни,...
Так или иначе человеку свойственно любить лишь себя. И выбирать того, кто сделает его как можно счастливее...
Главный литературный скандал XIX века, книга, которую запирали в книжных шкафах, прятали от детей и юношества до тех пор, пока само юношество вообще не прекратило читать. Больше того, - это роман, по которому конструировали свои произведения все, желавшие произвести скандал в культуре. Так что же на самом деле сотворил Эмиль Золя? Он открыл нам мир закулисья - закулисья любви, пристойности, политики, финансов и заставил нас пристальнее вглядеться как в светлые, так и в темные стороны жизни,...
...женщины простофиль не любят.
Главный литературный скандал XIX века, книга, которую запирали в книжных шкафах, прятали от детей и юношества до тех пор, пока само юношество вообще не прекратило читать. Больше того, - это роман, по которому конструировали свои произведения все, желавшие произвести скандал в культуре. Так что же на самом деле сотворил Эмиль Золя? Он открыл нам мир закулисья - закулисья любви, пристойности, политики, финансов и заставил нас пристальнее вглядеться как в светлые, так и в темные стороны жизни,...
Я люблю, когда мужчины сами дают деньги, не дожидаясь, чтоб у них просили...
Главный литературный скандал XIX века, книга, которую запирали в книжных шкафах, прятали от детей и юношества до тех пор, пока само юношество вообще не прекратило читать. Больше того, - это роман, по которому конструировали свои произведения все, желавшие произвести скандал в культуре. Так что же на самом деле сотворил Эмиль Золя? Он открыл нам мир закулисья - закулисья любви, пристойности, политики, финансов и заставил нас пристальнее вглядеться как в светлые, так и в темные стороны жизни,...
Вместе с любовью всегда приходит боль. Чем глубже в ней тонешь, тем больнее.
Главный литературный скандал XIX века, книга, которую запирали в книжных шкафах, прятали от детей и юношества до тех пор, пока само юношество вообще не прекратило читать. Больше того, - это роман, по которому конструировали свои произведения все, желавшие произвести скандал в культуре. Так что же на самом деле сотворил Эмиль Золя? Он открыл нам мир закулисья - закулисья любви, пристойности, политики, финансов и заставил нас пристальнее вглядеться как в светлые, так и в темные стороны жизни,...
Не будь вы такие скоты, вы бы к своим женам ластились не хуже, чем к нам, а не будь ваши жены такие дуры, они сумели бы удержать вас при себе не хуже, чем мы умеем вас подцепить...
Главный литературный скандал XIX века, книга, которую запирали в книжных шкафах, прятали от детей и юношества до тех пор, пока само юношество вообще не прекратило читать. Больше того, - это роман, по которому конструировали свои произведения все, желавшие произвести скандал в культуре. Так что же на самом деле сотворил Эмиль Золя? Он открыл нам мир закулисья - закулисья любви, пристойности, политики, финансов и заставил нас пристальнее вглядеться как в светлые, так и в темные стороны жизни,...
— Ваш театр… — начал он вкрадчиво.Борднав спокойно поправил его, подсказав то глупое слово, которое не смущает людей, любящих называть вещи своими именами.— Скажите уж прямо — публичный дом.Фошри одобрительно рассмеялся; у Ла Фалуаза комплимент застрял в горле. Молодой человек был чрезвычайно шокирован, но постарался сделать вид, что ему нравится острота директора. Борднав поспешил навстречу театральному критику, чьи статьи имели большое влияние, и пожал ему руку. Когда он вернулся, Ла Фалуаз уже овладел собой. Боясь показаться провинциалом, он старался победить робость.— Мне говорили, — продолжал он, желая непременно что-нибудь сказать, — мне говорили, будто у Нана очаровательный голос.— У нее-то! — воскликнул директор, пожимая плечами. — Скрипит, как немазанное колесо!Молодой человек поспешил прибавить:— Да ведь она и актриса прекрасная.— Кто? Нана?.. Дуб! Повернуться на сцене не умеет.Ла Фалуаз слегка покраснел. В полном недоумении он пробормотал:— Ни за что на свете я не пропустил бы сегодняшней премьеры. Я знал, что ваш театр…— Скажите — публичный дом, — снова перебил его Борднав с холодным упрямством самоуверенного человека.Между тем Фошри спокойно разглядывал входивших женщин. Он пришел на помощь кузену, увидев, что тот разинул рот, не зная, смеяться ему или обидеться.— Доставь же Борднаву удовольствие, называй его театр, как он просит, раз уж это ему приятно… А вы, дорогой мой, перестаньте нас дурачить! Если ваша Нана не умеет ни петь, ни играть, спектакль провалится. Этого я, кстати, и побаиваюсь.— Провалится, провалится! — воскликнул директор, побагровев. — По-твоему, женщине нужно уметь играть и петь? Ну и глуп же ты, голубчик… У Нана, черт возьми, есть кое-что другое, что ей заменит все остальное. Уж я-то прощупал ее со всех сторон. Она в этом ох как здорова! Если нет, считайте, что нюх мне изменил, и я просто болван… Увидишь, вот увидишь, как только она выйдет на сцену, зал обалдеет.
Главный литературный скандал XIX века, книга, которую запирали в книжных шкафах, прятали от детей и юношества до тех пор, пока само юношество вообще не прекратило читать. Больше того, - это роман, по которому конструировали свои произведения все, желавшие произвести скандал в культуре. Так что же на самом деле сотворил Эмиль Золя? Он открыл нам мир закулисья - закулисья любви, пристойности, политики, финансов и заставил нас пристальнее вглядеться как в светлые, так и в темные стороны жизни,...
Грязь, она грязью и остается, будь то вверху или внизу...
Главный литературный скандал XIX века, книга, которую запирали в книжных шкафах, прятали от детей и юношества до тех пор, пока само юношество вообще не прекратило читать. Больше того, - это роман, по которому конструировали свои произведения все, желавшие произвести скандал в культуре. Так что же на самом деле сотворил Эмиль Золя? Он открыл нам мир закулисья - закулисья любви, пристойности, политики, финансов и заставил нас пристальнее вглядеться как в светлые, так и в темные стороны жизни,...
Там, где нет уважения — нет и любви.
Главный литературный скандал XIX века, книга, которую запирали в книжных шкафах, прятали от детей и юношества до тех пор, пока само юношество вообще не прекратило читать. Больше того, - это роман, по которому конструировали свои произведения все, желавшие произвести скандал в культуре. Так что же на самом деле сотворил Эмиль Золя? Он открыл нам мир закулисья - закулисья любви, пристойности, политики, финансов и заставил нас пристальнее вглядеться как в светлые, так и в темные стороны жизни,...
Попробуй-ка пожелать женщину и добиться ее: один миг вознаградит тебя за все страдания.
Роман Эмиля Золя "Дамское счастье" (1882), входящий в состав его знаменитой серии "Ругон-Маккары", рисует судьбу бедной девушки из провинции, приехавшей в Париж и поступивший продавщицей в универсальный магазин с броским названием "Дамское счастье", один из тех, что создавались тогда во французской столице. Благодаря терпению, уму, чувству собственного достоинства ей удается преодолеть все возникающие на ее пути трудности и добиться такого положения, о котором она и мечтать не могла. Ее успех...