Мои цитаты из книг
Попав за границу своей искореженной и изгаженной родины, наш интеллигент с необычайной, всепрощенческой силой пронзается таким высоким градусом сентиментального патриотизма, что вытравить из него это прекрасное заблуждение, наверное, невозможно до смерти.
Трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии. Несмотря на лирику здесь есть все. И крутые герои и нелепые ситуации и, даже... Танк! Хотите знать при чем тут танк? Содержит ненормативную лексику.
Настоящего российского интеллигента ничем не возьмешь! Ни хаосом, ни голодухой, ни беспросветной жестокой тупостью временщиков, взлетевших ввысь на мутных и смердящих революционных волнах…
Трогательная лиричная повесть о русских эмигрантах, волею судьбы оказавшихся в Германии. Несмотря на лирику здесь есть все. И крутые герои и нелепые ситуации и, даже... Танк! Хотите знать при чем тут танк? Содержит ненормативную лексику.
Ну, итак, ошибка эволюции? Недосмотр? Нет. Эволюция не упускает не единого шанса. Но цель ее — жизнь. Пять слов, понимаете, пять слов, открыли мне глаза на эту величайшую изо всех тайн вселенной. Я боюсь сказать вам. Нет — скажу. Но это будет уже все. Катализ этой реакции приводит к денатурации. Вы понимаете? Катализировать ее, то есть сделать явлением частным, совершающимся быстро и точно, — значит привести к свертыванию белков. Вызывать смерть...
Можно или нельзя искусственно создать мыслящее существо, электронный мозг, можно ли в лабораторном аквариуме вырастить человека, способен ли современный человек осуществить целенаправленную эволюцию биологического мира, создать совершенно новые, наделенные поразительными свойствами виды живых существ? Все это не праздные вопросы, а попытки ответить на них можно найти не только в научно-фантастических, но и в строго научных произведениях. И если наука, с присущей ей осторожностью, упорно движется...
— Пока, — сказал он, — я знаю лишь о том, что находиться от меня в радиусе миллиарда километров, но это ничего: у меня есть время, Лимфатер. Ты ведь знаешь, что у меня есть время. О вас, людях, я во всяком случае знаю уже все. Вы — моя прелюдия, вступление, подготовительная фаза. Можно было бы сказать, что от трилобитов и панцирных рыб, от членистоногих до обезьян формировался мой зародыш — мое яйцо. Вы тоже были им — его частью. Теперь вы уже лишние, это правда, но я не сделаю вам ничего. Я не стану отцеубийцей, Лимфатер.
Можно или нельзя искусственно создать мыслящее существо, электронный мозг, можно ли в лабораторном аквариуме вырастить человека, способен ли современный человек осуществить целенаправленную эволюцию биологического мира, создать совершенно новые, наделенные поразительными свойствами виды живых существ? Все это не праздные вопросы, а попытки ответить на них можно найти не только в научно-фантастических, но и в строго научных произведениях. И если наука, с присущей ей осторожностью, упорно движется...
Изготовить настоящий инструмент без любви невозможно, одного мастерства будет мало, и играть на нем настоящий музыкант без любви тоже не сможет. Коллеги не дадут соврать, когда к тебе в руки попадает долгожданный новый инструмент, ты с удивлением замечаешь, что твои исполнительские возможности вдруг несколько выросли (увы, ненадолго. Примерно как с женщинами). Многие хорошие песни были написаны в результате первых контактов с какой-нибудь новой замечательной гитарой.
Эта аудиокнига, с потрясающим эффектом присутствия, создана по мотивам автобиографических книг легендарного музыканта Андрея Макаревича «Вначале был звук» и «Сам овца». Текст читает автор. В оригинальных зарисовках воссоздается образ Москвы конца 50-х годов – когда в Советском Союзе расцвела «оттепель», в воздухе было разлито море надежды, и каждое утро приносило с собой ощущение тихого счастья. В этой атмосфере слышатся самые разные звуки – откуда-то издалека, навеянная воспоминаниями...
Почему музыкальный этнос одного народа весь основан на ритмах, а другого нет — вопрос необычайно интересный, и не думаю, что сегодня на него есть ответ. Он требует тщательного сравнительного изучения древней истории, культур и обычаев. Общая тенденция: чем южнее живет народ, тем большую роль играет ритмика.
Эта аудиокнига, с потрясающим эффектом присутствия, создана по мотивам автобиографических книг легендарного музыканта Андрея Макаревича «Вначале был звук» и «Сам овца». Текст читает автор. В оригинальных зарисовках воссоздается образ Москвы конца 50-х годов – когда в Советском Союзе расцвела «оттепель», в воздухе было разлито море надежды, и каждое утро приносило с собой ощущение тихого счастья. В этой атмосфере слышатся самые разные звуки – откуда-то издалека, навеянная воспоминаниями...
Искусство имитации сегодня семимильными шагами идет по планете. Человечество легко поддалось этой заразе: нам сегодня уже объясняют, что искусственный ароматизатор «Запах клубники» гораздо лучше самой клубники — и мы привыкаем. Ко всему человек, подлец, привыкает. Со звуками дело пошло значительно дальше — кулинария вообще самый консервативный жанр, а музыка все время замахивается на революцию. И из всех видов имитации звучания живых инструментов на первом месте по качеству (и, соответственно, употреблению) — имитация барабанов. Называется это — «бескорыстный барабанщик». Сами звуки барабанов уже давно не синтезируются, семплеры хранят в своей электронной памяти сотни настоящих ударов по лучшим барабанам, и удары эти произведены лучшими барабанщиками мира. И звучит все очень похоже, вот только эта сволочь играет безукоризненно ровно. Нечеловечески ровно. И какая-либо эмоция в этой игре отсутствует.
Эта аудиокнига, с потрясающим эффектом присутствия, создана по мотивам автобиографических книг легендарного музыканта Андрея Макаревича «Вначале был звук» и «Сам овца». Текст читает автор. В оригинальных зарисовках воссоздается образ Москвы конца 50-х годов – когда в Советском Союзе расцвела «оттепель», в воздухе было разлито море надежды, и каждое утро приносило с собой ощущение тихого счастья. В этой атмосфере слышатся самые разные звуки – откуда-то издалека, навеянная воспоминаниями...
Гриф, лишенный ладов, давал музыканту гораздо больше возможностей выражать свои эмоции. Он же по той же причине был значительно более строгим, требовал более точной игры.
Эта аудиокнига, с потрясающим эффектом присутствия, создана по мотивам автобиографических книг легендарного музыканта Андрея Макаревича «Вначале был звук» и «Сам овца». Текст читает автор. В оригинальных зарисовках воссоздается образ Москвы конца 50-х годов – когда в Советском Союзе расцвела «оттепель», в воздухе было разлито море надежды, и каждое утро приносило с собой ощущение тихого счастья. В этой атмосфере слышатся самые разные звуки – откуда-то издалека, навеянная воспоминаниями...
Вообще на любом инструменте должен играть мастер, но при игре на контрабасе нехватка мастерства особенно заметна.
Эта аудиокнига, с потрясающим эффектом присутствия, создана по мотивам автобиографических книг легендарного музыканта Андрея Макаревича «Вначале был звук» и «Сам овца». Текст читает автор. В оригинальных зарисовках воссоздается образ Москвы конца 50-х годов – когда в Советском Союзе расцвела «оттепель», в воздухе было разлито море надежды, и каждое утро приносило с собой ощущение тихого счастья. В этой атмосфере слышатся самые разные звуки – откуда-то издалека, навеянная воспоминаниями...
Не рок-н-ролл ли появился благодаря гитаре? Не гитара ли увела твист и буги от элитарного джаза в народ? Не народная ли любовь заставила умельцев тридцатых годов подарить гитаре электрический голос? А до этого был блюз — и он тоже родился благодаря гитаре. А еще гитара была оружием бардов по всему миру. А еще она пела в руках цыган по всему свету. А еще...
Эта аудиокнига, с потрясающим эффектом присутствия, создана по мотивам автобиографических книг легендарного музыканта Андрея Макаревича «Вначале был звук» и «Сам овца». Текст читает автор. В оригинальных зарисовках воссоздается образ Москвы конца 50-х годов – когда в Советском Союзе расцвела «оттепель», в воздухе было разлито море надежды, и каждое утро приносило с собой ощущение тихого счастья. В этой атмосфере слышатся самые разные звуки – откуда-то издалека, навеянная воспоминаниями...