Мои цитаты из книг
Моя голова гудела как котел, руки тряслись, но я спустился в лабораторию и принялся вычислять, как вырвать чье-то сердце из груди с пятидесятимильного расстояния. Кто там сказал, что я не умею найти себе развлечения в пятницу вечером?
...Чикаго. Город, которому не привыкать к преступлениям. Но эти убийства необычны даже для Чикаго. Потому что совершены они человеком, обладающим паранормальной силой, и отомстить убийце не в силах не только полиция, но и «крестные отцы» города! ...Начинается его время! Время охотника на черную нежить, чья профессия – рисковать собственной шкурой в борьбе с порождениями ночи! Время Гарри Дрездена – изгоя, некогда посмевшего поднять руку на собственного учителя и теперь оставшегося со смертью...
Детки. Их нельзя не любить. Я так просто обожаю. Капельку соли, выжать лимон – пальчики оближешь.
...Чикаго. Город, которому не привыкать к преступлениям. Но эти убийства необычны даже для Чикаго. Потому что совершены они человеком, обладающим паранормальной силой, и отомстить убийце не в силах не только полиция, но и «крестные отцы» города! ...Начинается его время! Время охотника на черную нежить, чья профессия – рисковать собственной шкурой в борьбе с порождениями ночи! Время Гарри Дрездена – изгоя, некогда посмевшего поднять руку на собственного учителя и теперь оставшегося со смертью...
Дверь машины никто, вроде, не блокировал. Ремнем безопасности я тоже не пристегивался — на случай, если придется распахивать дверь и выпрыгивать. Видите, насколько я предусмотрителен? Вот что значит интеллект чародея — ну, и паранойя тоже.
...Чикаго. Город, которому не привыкать к преступлениям. Но эти убийства необычны даже для Чикаго. Потому что совершены они человеком, обладающим паранормальной силой, и отомстить убийце не в силах не только полиция, но и «крестные отцы» города! ...Начинается его время! Время охотника на черную нежить, чья профессия – рисковать собственной шкурой в борьбе с порождениями ночи! Время Гарри Дрездена – изгоя, некогда посмевшего поднять руку на собственного учителя и теперь оставшегося со смертью...
Как бы ни смердел мегаполис, свежий и чистый аромат осени ему не похоронить.
...Чикаго. Город, которому не привыкать к преступлениям. Но эти убийства необычны даже для Чикаго. Потому что совершены они человеком, обладающим паранормальной силой, и отомстить убийце не в силах не только полиция, но и «крестные отцы» города! ...Начинается его время! Время охотника на черную нежить, чья профессия – рисковать собственной шкурой в борьбе с порождениями ночи! Время Гарри Дрездена – изгоя, некогда посмевшего поднять руку на собственного учителя и теперь оставшегося со смертью...
Улыбка всегда бесит людей куда больше, чем прямое оскорбление.
...Чикаго. Город, которому не привыкать к преступлениям. Но эти убийства необычны даже для Чикаго. Потому что совершены они человеком, обладающим паранормальной силой, и отомстить убийце не в силах не только полиция, но и «крестные отцы» города! ...Начинается его время! Время охотника на черную нежить, чья профессия – рисковать собственной шкурой в борьбе с порождениями ночи! Время Гарри Дрездена – изгоя, некогда посмевшего поднять руку на собственного учителя и теперь оставшегося со смертью...
Логично было бы предположить, что внутренняя пустота дарит человеку иллюзию лёгкости, но на самом деле она приносит огромную тяжесть.
Женщины из рода Спарроу уже несколько поколений живут в небольшом городке в Новой Англии. Все они рождаются в марте, и у каждой в возрасте тринадцати лет проявляется какой-либо необычный дар. Первая из них, Ребекка, совершенно не чувствовала боли. Элинор в буквальном смысле носом чует ложь, ее дочь Дженни видит сны других людей, а внучке Стелле достается способность, которую лучше бы назвать не даром, а проклятием: ей дано видеть, как и когда данный человек умрет. И кое-кому это пришлось...
Люди видят то, что им кажется, а не то, что есть на самом деле.
Женщины из рода Спарроу уже несколько поколений живут в небольшом городке в Новой Англии. Все они рождаются в марте, и у каждой в возрасте тринадцати лет проявляется какой-либо необычный дар. Первая из них, Ребекка, совершенно не чувствовала боли. Элинор в буквальном смысле носом чует ложь, ее дочь Дженни видит сны других людей, а внучке Стелле достается способность, которую лучше бы назвать не даром, а проклятием: ей дано видеть, как и когда данный человек умрет. И кое-кому это пришлось...
Когда три женщины в семье готовят на одной кухне - быть беде. Проблемы обязательно начнутся уже за завтраком. Кто-то наверняка предпочтет яичнице яйца вкрутую. Кто-то обязательно возмутится замечанием, слишком близким к критике. Кто-то, несомненно, хлопнет дверью, бросив через плечо, что она не голодна или что она все равно не завтракает, причем много лет.
Женщины из рода Спарроу уже несколько поколений живут в небольшом городке в Новой Англии. Все они рождаются в марте, и у каждой в возрасте тринадцати лет проявляется какой-либо необычный дар. Первая из них, Ребекка, совершенно не чувствовала боли. Элинор в буквальном смысле носом чует ложь, ее дочь Дженни видит сны других людей, а внучке Стелле достается способность, которую лучше бы назвать не даром, а проклятием: ей дано видеть, как и когда данный человек умрет. И кое-кому это пришлось...
То, что ты не реагируешь на боль, вовсе не означает, что ты её не испытываешь.
Женщины из рода Спарроу уже несколько поколений живут в небольшом городке в Новой Англии. Все они рождаются в марте, и у каждой в возрасте тринадцати лет проявляется какой-либо необычный дар. Первая из них, Ребекка, совершенно не чувствовала боли. Элинор в буквальном смысле носом чует ложь, ее дочь Дженни видит сны других людей, а внучке Стелле достается способность, которую лучше бы назвать не даром, а проклятием: ей дано видеть, как и когда данный человек умрет. И кое-кому это пришлось...
Некоторые не видят того, что прямо перед глазами, даже при стопроцентном зрении. Некоторых нужно вести за ручку, иначе они пропустят самое главное в своей жизни.
Женщины из рода Спарроу уже несколько поколений живут в небольшом городке в Новой Англии. Все они рождаются в марте, и у каждой в возрасте тринадцати лет проявляется какой-либо необычный дар. Первая из них, Ребекка, совершенно не чувствовала боли. Элинор в буквальном смысле носом чует ложь, ее дочь Дженни видит сны других людей, а внучке Стелле достается способность, которую лучше бы назвать не даром, а проклятием: ей дано видеть, как и когда данный человек умрет. И кое-кому это пришлось...