— Завтра я ложусь в больницу. — Опять сердце? — встревожился Борис. — Не только. Хотят обследовать… Да не пугайся ты так!.. Женщины всегда болеют чаще мужчин, а живут дольше — значит, болеть полезно!
… Женщины его любят, а разлюбят, значит, есть за что!.. Наша прима однажды высказалась о своём зяте: «Как можно любить такого человека!?.. У него же ни одного достоинства — сплошные недостатки!»… Глупая клуша! Жизнь прожила и не поняла: любят именно за недостатки! А за достоинства — уважают!
Когда его спрашивали, какие женщины ему больше нравятся, блондинки или брюнетки, он отвечал: «В этом вопросе я — дальтоник».
С годами к авантюризму Дартаньяна прибавилась мудрость Атоса и сдержанность Арамиса. Не прибавилось только силы Партоса, но он возмещал её первым разрядом по самбо.
У него потрясающе работают мозги, но направлены только на то. чтобы обмануть. Например, лет восемь назад устроился шофёром к одному из руководителей автозавода… Не буду называть какого, чтобы не позорить… Неделю он был паинькой, старательно отвозил и привозил шефа, а потом, однажды, незаметно отвинтил номера его автомобиля, прикрепил их к одной из новых машин, подготовленных к отправке, и спокойно выехал на ней через проходную: номера там были записаны и его не остановили. Потом вернулся, заново привинтил номера и вечером спокойно отвёз шефа домой. Это было настолько нагло, что… Словом, пропажу обнаружили только через неделю, доказательств опять никаких… Стали проверять журнал въездов и выездов… Нашли число. когда машина под этими номерами выезжала дважды. Шеф дал показания, что в тот день, как всегда, уехал только по окончанию рабочего дня. Стало ясно, куда ведут следы, но… Наш Ромочка, уже улетел, растворился…
Он мчался вперёд, вперёд, удаляясь от города, а город, как шкодливый мальчишка, вдогонку высунул ему асфальтовый язык дороги.
Погоня! Как много романтики заложено в этом слове! Вот по гладкому, почти пустому шоссе мчатся одна за другой две машины. Стремительные виражи. Руки водителя, вцепившиеся в руль. Потом — резкая автоматная очередь, Кровь. Ни одна приключенческая лента не обходится без подобных сцен. И мы — зрители, в общем, без особого удивления смотрим, как удирают, догоняют, падают, стреляют киногерои. В жизни не так все эффектно — надо ждать, неизвестно чего. Надо нюхать эту мочу. Надо растрачивать свою жизнь понапрасну.
«Закон сохранения веществ в природе, — думал Волин, — действует и в человеческом обществе. И наше — советское — здесь не исключение. Где повезет одному — другого ждет неудача. Так что в итоге удача и неудача друг друга уравновешивают».
Черта, отделяющая ложь от правды, тонка, как паутинка, черт возьми. Как паутинка, которую плетет паук…
— Иван Иваныч, — поджала губки Эмилия, — вы же знаете, я могу ошибиться в людях! Но чтоб в вещах — никогда!