Первое, что необходимо иметь для продуктивной беседы с французскими замками, - это хороший гвоздь...
У нас с тобой разное восприятие! Ты не испытал на себе тлетворного влияния совковой системы! Не прошёл через цепкие лапы комсомола и пропаганду непрерывной помощи голодающим детям Никарагуа!
Плыву я, значит, за лодкой. Гляжу, гребцы что‑то весла сложили и к монаху эдак тихонько подступают. Ну, тут я вынырнул у борта, что тот Ихтиандр, и любезно спрашиваю: «Как пройти в библиотеку?»
Невольно создавалось впечатление, что перед нами – огромный лагерь строителей Вавилонской башни. Что и говорить, место, выбранное для второй попытки восшествия на небеса, было весьма удачным. Оставалось лишь немного надстроить донжон, возвышавшийся на этом горном хребте, и стаи низко летящих ангелов стали бы цеплять зубцы башни своими крыльями…
Женские слезы, кажется, преследовали меня в последнее время, словно лондонский осенний дождь.
<...> церковь проповедует умерщвление плоти, воздержание и пост; она утверждает, что добровольная аскеза угодна Господу. Нормальному же человеку куда больше нравится вкусно есть, заниматься любовью и носить шелк вместо дерюги, чем всячески терзать себя в угоду кому бы то ни было. И если Бог – это аскеза, то что же тогда дьявол?
– Нам, казакам, все равно – что пулемет, что самогон, абы с ног валило.
Investigations are not exact sciences. You plug along until something starts to make sense.
Знаешь, люди, которые много читают, куда толерантнее, чем те, кто читать не любит.
Texas killed you dead whether you took it brave or not.