Людям неинтересно, что происходит на самом деле, им подавай истории.
Люди предпочитают не бесполезную истину, а интересные истории.
– А о чем ваши рассказы? – Трудно сказать, – ответил я, пожав плечами. – Их лучше читать, а не обсуждать. – А знаете, Уильям Фолкнер говорил то же самое. То есть что хорошую книгу можно только читать, а не обсуждать ее содержание.
Прошлое не следует выставлять напоказ, потому что зачастую с ним связано слишком много горьких, очень личных переживаний. Их лучше хранить в секрете.
Я все свои воспоминания берегу, даже самые неприятные. Они для меня — как власяница для католиков: болезненный раздражитель. Помогают не забывать, что даже самые обычные люди способны на ужасные поступки, а за приятной внешностью скрывают чудовища.
Молодые придумывают будущее для себя, а старики - прошлое для других
Что такое боль, понимаешь лишь тогда, когда уязвлён так глубоко, что все остальные обиды и огорчения представляются пустяковыми царапинами.
Все участники тогдашних событий ошибались и оценивали происходящее, рассматривая его сквозь стекло своих желаний, не подозревая, что это стекло - зеркальное. Великий французский писатель однажды заметил, что рассудочная память о прошлом ничего не сохраняет из реального прошлого [Марсель Пруст "В сторону Свана"]. Пожалуй, он был прав.
- А знаешь, что мы, в смысле наш мозг, по большей части не отличаем вымысел от действительности? Поэтому мы и способны рыдать и смеяться над фильмами, хотя прекрасно знаем, что перед нами - всего лишь представление, что вся история выдумана писателем.
Истина и справедливость - не одно и то же.