Размышляя над тем, есть ли какие-то проверенные методы сохранять дружбу, я пришел к мысли о том, что она проверяется не только горем.
Мы искренне рады, когда наши друзья становятся отцами. Рады, когда друг находит новую работу. Рады за друга, когда он... Он что? Когда он не выходит резко вперед в конкурентной борьбе самцов за жизненные блага и пространство. Конечно, бывают исключения. Но чаще крушения вроде бы идеальной дружбы происходит в такие моменты: друзья отворачиваются, не в силах лицемерно радоваться достижениям более успешного. Лишь те, кто способен гордиться другими, остаются друзьями.
И вот те, кто и в беде с тобой, и в радости, могут называться настоящими друзьями. Для меня ими стали Ваня, Миха, Левон. Крепла дружба с Артуром. А объединил нас спорт.
Тренировки для ребят стали отдушиной, которой им так не хватало. В зале они становились самими собой. Не нужно было носить маски, скрывать эмоции и играть чужие роли. Отношения с железом и между нами были предельно честными и понятными.
И нам всем это нравилось.
Ранним воскресным утром первого дня лета и первого дня оставшейся жизни я нашел в себе силы встать. Слово "надо" в последнее время уже не было для меня пустым звуком. Я собрался и аккуратно, стараясь не разбудить Риту, встал с кровати.
-- Не уходи, -- услышал я ее сонный голос. -- Останься.
-- Рит, я не могу, мне нужно бегать, -- я ласково отстранил ее руку и, шатаясь, пошел в ванную.
-- Возвращайся скорее, -- ласково сказала Рита и уснула безмятежным сном.
Я сделал зарядку, почистил зубы, умылся, оделся и пошел на пробежку. Как бы ни было приятно нежиться в постели с любимой, я не мог предать себя и нарушить свои обещания.
Люди, проходившие через футбольное поле, чтобы сократить дорогу, могли видеть бегущего счастливого, влюбленного, улыбающегося парня. Парня? Мужчину! Меня, Сергея Александровича Резвея, построившего свою первую кирпичную крепость.
Уважение коллег, победа в драке или словесном поединке, внимание красивой девушки, карьерный рост... все эти атрибуты крутости -- безусловное достижение, но только для того Резвея, над которым потешались всем офисом.
Сейчас для меня это не круто. Круто -- любить и быть любимым, иметь надежных друзей, уметь держать удар и вставать раз за разом, не унывать в любой ситуации и жить каждый день так, будто он последний, используя каждый шанс, чтобы узнать чуть больше и стать чуть лучше.
Я мысленно прикидывал, потянет ли Миха место Степаныча, оставлять ли мне Риту своей секретаршей или нет, удастся ли сохранить с Лидой дружеские отношения или лучше с ней расстаться, чтобы у Риты не было поводов волноваться. А что делать с Костей и Юркой? Смогу ли я зажечь коллектив? Пойдут ли за мной? Не придется ли мне менять штат целиком?
Я думал о том, что оптимизировать, что развить и в каком направлении двигать компанию.
После пробежки решил взять кофе для себя и Риты. Меня немного шатало от бессонной ночи. Прохожие могли подумать, что я всю ночь пил. Еще бы: трехдневная щетина, пропахший пСтом спортивный костюм.
У стойки заказа я увидел тощего сгорбленного парня. Засаленные волосы, забитый вид, треснувшее стекло в очках. Он терпеливо ждал, когда уснувшая девушка уделит ему внимание.
-- Девушка, проснитесь! -- гаркнул я.
Она ворчливо встала, уперла руки в бока и спросила:
-- Чего вам?
-- Три кофе, пожалуйста! -- попросил я.
-- Какой вам кофе?
-- Мне один черный, один капучино, а вот этому... -- я повернулся к задохлику. -- Тебе какой кофе, чудик? И зовут-то тебя как?..
никогда не позволяй другим видеть свои слабости....ты не уязвим, пока кажешься неуязвимым
кричат те, кто не уверен в собственной правоте, считает что криком можно подавить противника
тот, кто кричит тратит силы на крик, а не на размышления над ответами
мысль о том, что где-то жизнь лучше, а у соседа лужайка зеленее - удел нищих духом
Жизнь посмеялась надо мной. Все, кого я считал недостойными уважения, действовали совсем не так, как я ожидал. Поступки Артура, Лиды, Михи с Левоном, Риты, Васи, Кепочки и его друзей показали мне, как сильно я ошибался. Их сочувствие, участие и помощь смыли с меня все высокомерие, которое было присуще Резвею версии 2.0. Я самоутверждался за чужой счет, но жизнь показала, что главным и единственным моим противником всегда был я сам.
Будучи слабым, я подсознательно записал их всех во враги. Подлил масла и Леха, со своей теорией здоровой наглости. А ведь он говорил мне, что я его неправильно понял.
Отныне все люди для меня -- сволочи и подлецы, когда-то решил я. Пока не докажут обратное.
Я ошибся. Они доказали мне, что подлец -- я. А они -- хорошие люди.
И пора было возвращаться к старой философии. Все люди хорошие, пока не докажут обратное.
Мне придется учиться этому заново, и, скорее всего, это будет нелегко.
Но иначе мне не вернуть утерянного самоуважения.
Культы прививают чувство страха, чтобы приручить человека до такой степени, что он превращается в параноика или страдает фобиями.
При взаимодействии с близким необходимо признавать различия между личностью до вербовки, культовой личностью (период членства в культе) и подлинным «я» человека, которое остается с ним навсегда. Даже люди, рожденные в культе, имеют подлинное «я», подавленное при рождении. Именно сила подлинного «я» делает возможным спасение людей от культов спустя годы и даже десятилетия после присоединения к группе.
Прилагайте усилия к тому, чтобы поддерживать постоянный контакт. Почтовая открытка с изображением, вызывающим положительную ассоциацию, и словами: "Я тоскую без тебя" или "Я люблю тебя. Пожалуйста, ответь", — это лучше, чем просто ничего не делать. Даже если вы потратите годы, посылая письма и открытки, каждая почтовая корреспонденция напомнит ему, что он все еще для вас небезразличен.