Человек никогда не должен говорить о себе: "Я - дерьмо". Если ты оказался никчемен или совершил что-то гадкое, говори: "Я в дерьме". Потому что, если ты угодил в дерьмо даже по собственной вине, еще можно выкарабкаться и отчиститься. Но если ты признал себя дерьмом, ты соглашаешься на вечное существование в выгребной яме.
Мужчина не говорит «спасибо», мужчина делает «спасибо».
Молодые чересчур заняты собой, чтобы по-настоящему понять своих близких.
— Так это… небеса? — Небеса. Отчизна. Жатва. Страна вечного лета, — ответил он. — Выбирай.
Слеп лишь тот, кто не желает видеть.
– Альберт, неужели ничем нельзя помочь Энн? – спросил я. – Посылай ей любящие мысли, – посоветовал он. – И это все? – Это очень много, Крис, – сказал он. – Мысли вполне реальны.»
— Разве может быть порицание более суровое, чем самоосуждение, когда притворство более невозможно? — спросил Альберт.
Родство мыслей, а не крови – вот что важно.
Смерть — вовсе не повелительница всех ужасов. Смерть — это друг. Подумай вот о чем. Ты боишься спать ночью? Разумеется нет. Потому что знаешь, что опять проснешься. Думай о смерти то же самое. Как о сне, от которого неизбежно пробудишься. Настоящая жизнь — это процесс становления. Смерть — один из его этапов. Вслед за жизнью не наступает небытие. Существует только непрерывность бытия.
По сути дела, оплакивать умерших неправильно - это продлевает процесс их приспособления к потустороннему миру. Усопшим требуется время для достижения состояния второй смерти. Церемония похорон предполагает мирный уход человека и не должна превращаться в скорбный ритуал.