Мои цитаты из книг
Государство и родина - это и в самом деле далеко не одно и то же.
На Западном фронте без перемен — повествует о трагедии поколения, юность которого совпала с началом одной из самых страшных войн в истории человечества. Они потеряли свою привычную жизнь. Они ушли в грязь и кровь войны. Многие из самых первых ушли добровольно, поддавшись на пламенные речи агитаторов. Они были юношами, школьниками, открывающими для себя огромный мир, но стали пушечным мясом, солдатами, сбросив молодость одновременно со школьной формой, и ненужными теперь букварными знаниями и...
Главная цель человека — обрести себя. Это удается единицам. Все остальные слишком ленивы или трусливы, чтобы идти по этой тропке над бездной. Зато тот, кто прошел по ней, — получает в награду настоящую жизнь, а не серое существование.
На Западном фронте без перемен — повествует о трагедии поколения, юность которого совпала с началом одной из самых страшных войн в истории человечества. Они потеряли свою привычную жизнь. Они ушли в грязь и кровь войны. Многие из самых первых ушли добровольно, поддавшись на пламенные речи агитаторов. Они были юношами, школьниками, открывающими для себя огромный мир, но стали пушечным мясом, солдатами, сбросив молодость одновременно со школьной формой, и ненужными теперь букварными знаниями и...
Я молод - мне двадцать лет, но все, что я видел в жизни, - это отчаяние, смерть, страх и сплетение нелепейшего бездумного прозябания с безмерными муками. Я вижу, что кто-то натравливает один народ на другой и люди убивают друг друга, в безумном ослеплении покоряясь чужой воле, не ведая, что творят, не зная за собой вины. Я вижу, что лучшие умы человечества изобретают оружие, чтобы продлить этот кошмар, и находят слова, чтобы еще более утонченно оправдать его. И вместе со мной это видят все люди моего возраста, у нас и у них, во всем мире, это переживает все наше поколение.
На Западном фронте без перемен — повествует о трагедии поколения, юность которого совпала с началом одной из самых страшных войн в истории человечества. Они потеряли свою привычную жизнь. Они ушли в грязь и кровь войны. Многие из самых первых ушли добровольно, поддавшись на пламенные речи агитаторов. Они были юношами, школьниками, открывающими для себя огромный мир, но стали пушечным мясом, солдатами, сбросив молодость одновременно со школьной формой, и ненужными теперь букварными знаниями и...
Мы в нашей семье никогда не были особенно нежны друг с другом, - это не принято у бедняков, чья жизнь проходит в труде и заботах.
На Западном фронте без перемен — повествует о трагедии поколения, юность которого совпала с началом одной из самых страшных войн в истории человечества. Они потеряли свою привычную жизнь. Они ушли в грязь и кровь войны. Многие из самых первых ушли добровольно, поддавшись на пламенные речи агитаторов. Они были юношами, школьниками, открывающими для себя огромный мир, но стали пушечным мясом, солдатами, сбросив молодость одновременно со школьной формой, и ненужными теперь букварными знаниями и...
Он предлагает, чтобы при объявлении войны устраивалось нечто вроде народного празднества, с музыкой и с входными билетами, как во время боя быков. Затем на арену должны выйти министры и генералы враждующих стран, в трусиках, вооруженные дубинками, и пусть они схватятся друг с другом. Кто останется в живых, объявит свою страну победительницей. Это было бы проще и справедливее, чем то, что делается здесь, где друг с другом воюют совсем не те люди.
На Западном фронте без перемен — повествует о трагедии поколения, юность которого совпала с началом одной из самых страшных войн в истории человечества. Они потеряли свою привычную жизнь. Они ушли в грязь и кровь войны. Многие из самых первых ушли добровольно, поддавшись на пламенные речи агитаторов. Они были юношами, школьниками, открывающими для себя огромный мир, но стали пушечным мясом, солдатами, сбросив молодость одновременно со школьной формой, и ненужными теперь букварными знаниями и...
— Война сделала нас никчемными людьми. Он прав. Мы больше не молодежь. Мы уже не собираемся брать жизнь с бою. Мы беглецы. Мы бежим от самих себя. От своей жизни. Нам было восемнадцать лет, и мы только еще начинали любить мир и жизнь; нам пришлось стрелять по ним. Первый же разорвавшийся снаряд попал в наше сердце. Мы отрезаны от разумной деятельности, от человеческих стремлений, от прогресса. Мы больше не верим в них. Мы верим в войну.
На Западном фронте без перемен — повествует о трагедии поколения, юность которого совпала с началом одной из самых страшных войн в истории человечества. Они потеряли свою привычную жизнь. Они ушли в грязь и кровь войны. Многие из самых первых ушли добровольно, поддавшись на пламенные речи агитаторов. Они были юношами, школьниками, открывающими для себя огромный мир, но стали пушечным мясом, солдатами, сбросив молодость одновременно со школьной формой, и ненужными теперь букварными знаниями и...
Жадность сильнее страха.
Конец XIX века. Алмазная лихорадка в Южной Африке. Люди, вложившие в экспедицию за алмазами все свое состояние и поставившие на карту свою судьбу, подчас готовы на любое преступление и безумство ради горстки блестящих камней. И вот по прииску проходит слух, что трое отчаянных французов завладели картой, где указан путь к сокровищам кафрских королей... Трое отважных французов, Альбер де Вильрож, Александр Шони и Жозеф, отправились на поиски клада алмазов. В стране, где смертельная опасность может...
Усилиями разума можно иногда разогнать страхи, которые нагнало ночное сновидение. Однако у некоторых особенно чувствительных субъектов сны вызывают совершенно реальные мучения.
Конец XIX века. Алмазная лихорадка в Южной Африке. Люди, вложившие в экспедицию за алмазами все свое состояние и поставившие на карту свою судьбу, подчас готовы на любое преступление и безумство ради горстки блестящих камней. И вот по прииску проходит слух, что трое отчаянных французов завладели картой, где указан путь к сокровищам кафрских королей... Трое отважных французов, Альбер де Вильрож, Александр Шони и Жозеф, отправились на поиски клада алмазов. В стране, где смертельная опасность может...
Мода — что в Африке, что у нас — беспощадно требовательна.
Конец XIX века. Алмазная лихорадка в Южной Африке. Люди, вложившие в экспедицию за алмазами все свое состояние и поставившие на карту свою судьбу, подчас готовы на любое преступление и безумство ради горстки блестящих камней. И вот по прииску проходит слух, что трое отчаянных французов завладели картой, где указан путь к сокровищам кафрских королей... Трое отважных французов, Альбер де Вильрож, Александр Шони и Жозеф, отправились на поиски клада алмазов. В стране, где смертельная опасность может...
Организм человеческий настолько непрочен, что иной раз достаточно какой-нибудь мелочи, чтобы его разрушить. Но иногда он оказывается поразительно живуч. Обыкновенный сквозняк может вызвать смертельное воспаление легких, но сколько раз бывало, что солдат, раненный в грудь навылет, благополучно поправляется и всю свою дальнейшую жизнь наслаждается цветущим здоровьем. Какой-нибудь толчок, удар в голову при падении могут вызвать воспаление мозга, заканчивающееся смертью. Вместе с тем осколки снаряда, попадая в черепную коробку, обнажают мозг, но жизни это еще не угрожает.
Конец XIX века. Алмазная лихорадка в Южной Африке. Люди, вложившие в экспедицию за алмазами все свое состояние и поставившие на карту свою судьбу, подчас готовы на любое преступление и безумство ради горстки блестящих камней. И вот по прииску проходит слух, что трое отчаянных французов завладели картой, где указан путь к сокровищам кафрских королей... Трое отважных французов, Альбер де Вильрож, Александр Шони и Жозеф, отправились на поиски клада алмазов. В стране, где смертельная опасность может...