Если время некому считать, оно останавливается.
Я за вас сдохнуть готов был, а тут и сдохнуть-то не за кого.
Потому что человек - ссыклив и тосклив. Легко решить, трудно решиться.
- Скоро Паркер начнёт обещанную перетряску кадров, и из Центрального участка тебе придется уйти. Будешь работать на меня? - Я же не сумасшедший, чтобы отказаться. Но зачем, Дадли? - Что зачем, сынок? - Это ты уговорил Эллиса Лоу меня вытащить. Все знают, что вас с ним водой не разольешь. Зачем? - Затем, сынок, что мне нравится твой стиль работы. Такой ответ тебя устраивает? - Нет, но, судя по всему, другого я не дождусь. Тогда следующий вопрос: как? - Что как, сынок? - Как ты заставил мексикашек изменить показания? Смит молча кладет на стол отливающий медью, в металлических заусеницах и в засохшей крови кастет.
- Одним достается весь мир, другим - бывшая шлюха и ферма в Аризоне. Ты среди первых, но, Бог свидетель, я тебе не завидую. Эд целует ее в щеку. Линн садится за руль, поднимает стекла. Бад прижимает руку к стеклу. Эд прижимает руку со своей стороны - у него ладонь почти в половину меньше. Идет рядом с машиной, постепенно ускоряя шаг. Затем "паккард" набирает скорость и, погудев на прощание, вливается в поток машин. Эд остается один. Один - со своими мертвецами.
Синей шариковой ручкой на нем были указаны блюда, а цен не было, видимо в этом ресторане для клиентов было принято устраивать сюрпризы в конце трапезы.
Тут мой взгляд случайно наткнулся на кота. Рыжий глянул на меня с прищуром, как у официанта, повторил свой недавний фырк, и продолжил шуршать в баке. — Вот так, — сказал я сам себе. — Никто тебя не уважает и за человека не держит... Леха, ты полное ничтожество! Очень обидно такое услышать. Еще обиднее услышать это от любимого человека, а себя ведь я очень люблю, в чем даже не стыдно признаться.
Про характер я уже говорил, нет? Тогда представьте себе сплав флегматика и законченного пессимиста, эдакую бесчувственную сволочь с большой долей нездорового цинизма. Представили? Так вот это я!
Попытки расковырять её, вставить язычок на место и вдохновенный мат не дали ничего. Продолжительный мат опять же результатов не дал.
я предоставил свое тело на поедание кровососам. Ничего страшного, наедятся по-быстрому и успокоятся!
Но эти наглые твари не обращали внимания на мои голые руки и ноги и стремились к лицу, видимо, обнаружив самое сладкое место в моем организме. Пару десятков шлепков по щекам их не убедили. И ведь чувствовал, что убиваю гадов одних за другими, но меньше писка в окружающей темноте отчего-то не становилось. После получаса шлепков и махания над собой руками я понял, что в моем номере собралась вся боевая эскадрилья данной местности, которой срочно требуется дозаправка свежей кровушкой. Осознав данный факт, я встал и закрыл форточку, хотя смысла в этом уже не было никакого — а чего бояться, ведь все кровососы уже рядом! Затем я порылся в рюкзаке и достал свой свитер, которым стал со злостью размахивать, приговаривая злым шепотом:
— Получите, сволочи! Не прибью, так хоть покалечу!
После нескольких минут работы вентилятором я вернулся в кровать и прислушался.