Стёпа очутилась совершенно одна в открытом космосе. К пятнадцати своим годам она добилась того, чего большинство женщин планеты достигали к пятидесяти. Её все оставили в покое.
"Кроме детей, в этом же здании рождались еще и матери. Некоторые впервые, другие становились родительницами конкретного, нового младенца. Матери появлялись разные. Настороженные, бодрые, деловые, вздыбленные гормонами до счастья, печальные, подавленные, нейтральные, совсем несчастные, апатичные, спокойно-ласковые. Темноволосые, светловолосые, медноволосые. Разных национальностей, культур, некоторые не говорили по-русски. "
Муж сам как тюлень, просил внимания и еды, мне было не сложно две недели через три.
Я знала, что физиопроцедуры вряд ли работают. Читала статьи на русском и английском ещё во время учёбы. Что они, как и заброшенный пионерский лагерь на окраине приморского города или памятник Ленину, – остатки прошлой жизни. Только лагерь не функционировал, в Ленина не верили, а вот электрофорез и кварц в моем кабинете работали и в них верили люди. Это было как магия. Это и было магией.
Мама звонила все реже и говорила, что бесполезная, как панды, но панды хотя бы милые.
Буйка повыла две минуты, потом передумала. Ну что ж это такое. Что же это такое.
— Я тебе обещаю: ты с радостью будешь делать то, что выбивается из однообразия.
Это бесстрашие и уверенность, что с ней ничего не случится, просто очаровывали Марчелло. Его жена и дочери не решались одни отправиться в лес даже на короткую прогулку, а Сара жила здесь с беззаботностью, которую вряд ли понимал хоть кто-то в деревне.
К стене были прислонены листы с рисунками разных форматов, и на всех были изображены очеловеченные растения и звери, которые праздновали, ели, пили или мечтали о чём-то.
На Марчелло можно было положиться. Если он находил набитый деньгами бумажник, то относил его в полицию, не взяв себе ни единого евро.