Мои цитаты из книг
Щука примерилась, мигнула глазом и со всего размаху ударила старика хвостом по щеке. Над сонной водой раздался оглушительный треск оплеухи. Пенсне полетело в реку. Щука подскочила и тяжело шлепнулась в воду.
В нескольких сотнях километров к востоку от Москвы раскинулся живописный регион, известный как Мещёрская сторона. Константин Паустовский в своих произведениях описывает это место, рассказывая о мшарах — торфяных болотах, многочисленных озерах, богатых разнообразной рыбой, старых каналах, созданных при Александре II и ныне заброшенных, светлых сосновых лесах, а также о людях, населяющих этот край и многом другом.
Ночь тянется медленно; кажется, ей не будет конца. Сон в осенние ночи в палатке крепкий, свежий, несмотря на то что просыпаешься через каждые два часа и выходишь посмотреть на небо — узнать, не взошел ли Сириус, не видно ли на востоке полосы рассвета.С каждым часом ночь холодеет. К рассвету воздух уже обжигает лицо легким морозом, полотнища палатки, покрытые толстым слоем хрустящего инея, чуть-чуть провисают, и трава седеет от первого утренника.Пора вставать. На востоке уже наливается тихим светом заря, уже видны на небе огромные очертания ив, уже меркнут звезды. Я спускаюсь к реке, моюсь с лодки. Вода теплая, она кажется даже слегка подогретой.Восходит солнце. Иней тает. Прибрежные пески делаются темными от росы.Я кипячу крепкий чай в жестяном закопченном чайнике. Твердая копоть похожа на эмаль. В чайнике плавают перегоревшие в костре ивовые листья.
В нескольких сотнях километров к востоку от Москвы раскинулся живописный регион, известный как Мещёрская сторона. Константин Паустовский в своих произведениях описывает это место, рассказывая о мшарах — торфяных болотах, многочисленных озерах, богатых разнообразной рыбой, старых каналах, созданных при Александре II и ныне заброшенных, светлых сосновых лесах, а также о людях, населяющих этот край и многом другом.
Должно быть, два-три часа сна в лесах стоят многих часов сна в духоте городских домов, в спертом воздухе асфальтовых улиц.
В нескольких сотнях километров к востоку от Москвы раскинулся живописный регион, известный как Мещёрская сторона. Константин Паустовский в своих произведениях описывает это место, рассказывая о мшарах — торфяных болотах, многочисленных озерах, богатых разнообразной рыбой, старых каналах, созданных при Александре II и ныне заброшенных, светлых сосновых лесах, а также о людях, населяющих этот край и многом другом.
Если все подозреваемые оказываются виновными, то читатель практически не в состоянии сам докопаться до истины. Тогда концовка покажется слишком произвольной
Алекс Павези создал детектив, вдохновленный классическими романами Кристи, но с живой и уникальной структурой. Книга представляет собой головоломку, где читатель может попытаться разгадать тайну быстрее главной героини. Это многослойный детектив с запутанным сюжетом и неожиданными поворотами. «Восьмой детектив» служит и данью уважения классике жанра, и свежим ее переосмыслением. Все истории о преступлениях следуют определенным законам – в них всегда есть жертва, детектив и подозреваемый....
для автора это определенный вызов – придумать развязку, которая удовлетворила бы читателя. Но, по сути, такая развязка не более произвольна, чем любая другая. Как вы помните, я против того, чтобы рассматривать детективы как логические загадки, в которых из имеющихся улик можно умозаключениями, почти как в математике, вывести единственное решение. Это не так: улики не дают единственного решения. Все это не более чем ловкость рук.
Алекс Павези создал детектив, вдохновленный классическими романами Кристи, но с живой и уникальной структурой. Книга представляет собой головоломку, где читатель может попытаться разгадать тайну быстрее главной героини. Это многослойный детектив с запутанным сюжетом и неожиданными поворотами. «Восьмой детектив» служит и данью уважения классике жанра, и свежим ее переосмыслением. Все истории о преступлениях следуют определенным законам – в них всегда есть жертва, детектив и подозреваемый....
– «Вооружившись этим определением, – прочла она, – мы можем описать математически все базовые варианты классического детективного рассказа».– Да, – сказал Грант, закрывая глаза. – Собственно, комбинаторика детектива.– «Имеются следующие случаи, – продолжила читать Джулия, сделав глубокий вдох. – Случай, когда количество подозреваемых равно двум. Случай, когда имеется трое или более подозреваемых. Аберрантный случай с бесконечным количеством подозреваемых, который мы допускаем, но не считаем, что он заслуживает рассмотрения. Случай, когда множество виновников имеет мощность один, с единственным исполнителем. Случай, когда множество виновников имеет мощность два – с соучастниками преступления. Случай, когда множество виновников эквивалентно всему или почти всему множеству подозреваемых. Случай, когда значительная доля подозреваемых, трое или больше, но не все, являются виновниками. Случай, когда есть одна жертва, и другой – с несколькими жертвами. Все случаи, которые образуются заменой А и В на произвольный набор из подозреваемых, детективов, жертв или виновников смерти – исключая те случаи с подозреваемыми и виновниками, которые уже учтены, – а именно: множества А и В не пересекаются, множество В является строго подмножеством А, множества А и В совпадают, множества А и В пересекаются, но ни одно из них не содержится в другом полностью. В частности, здесь содержатся случаи, в которых все детективы являются виновниками, все подозреваемые – жертвами, все детективы – жертвами. Случай, когда множество подозреваемых состоит целиком из детективов и жертв, а также виновников. Случай, когда виновниками являются только те детективы, которые не являются жертвами. Случай, когда виновники – только те жертвы, которые не являются детективами. Случай, когда каждый подозреваемый – и жертва, и виновник смерти. Случай, когда каждый подозреваемый – и детектив, и виновник. Случай, когда каждый подозреваемый – и жертва, и детектив, и виновник. И, наконец, случай, когда совпадают все четыре множества: подозреваемые, виновники, жертвы и детективы. А также любая последовательность вышеперечисленных случаев».
Алекс Павези создал детектив, вдохновленный классическими романами Кристи, но с живой и уникальной структурой. Книга представляет собой головоломку, где читатель может попытаться разгадать тайну быстрее главной героини. Это многослойный детектив с запутанным сюжетом и неожиданными поворотами. «Восьмой детектив» служит и данью уважения классике жанра, и свежим ее переосмыслением. Все истории о преступлениях следуют определенным законам – в них всегда есть жертва, детектив и подозреваемый....
— В этом вся суть лжи, Генри. – Она встала с кресла, нависая над ним. – Однажды начав, уже невозможно остановиться. Куда бы ни вела эта дорога, приходится идти по ней до конца.
Алекс Павези создал детектив, вдохновленный классическими романами Кристи, но с живой и уникальной структурой. Книга представляет собой головоломку, где читатель может попытаться разгадать тайну быстрее главной героини. Это многослойный детектив с запутанным сюжетом и неожиданными поворотами. «Восьмой детектив» служит и данью уважения классике жанра, и свежим ее переосмыслением. Все истории о преступлениях следуют определенным законам – в них всегда есть жертва, детектив и подозреваемый....
В классической детективной истории есть детектив, жертва и несколько подозреваемых – все это непересекающиеся множества, – и единственный убийца – кто-то из группы подозреваемых. Рассмотрим теперь особые, или аберрантные, случаи, когда или группа имеет нестандартный размер, или какие-то группы пересекаются. Поскольку детективную историю определяют лишь четыре компоненты, число сочетаний относительно невелико. Мы можем вычислить и описать все варианты. Каждую из возможных структур. Именно этому и были посвящены мои рассказы.
Алекс Павези создал детектив, вдохновленный классическими романами Кристи, но с живой и уникальной структурой. Книга представляет собой головоломку, где читатель может попытаться разгадать тайну быстрее главной героини. Это многослойный детектив с запутанным сюжетом и неожиданными поворотами. «Восьмой детектив» служит и данью уважения классике жанра, и свежим ее переосмыслением. Все истории о преступлениях следуют определенным законам – в них всегда есть жертва, детектив и подозреваемый....
– Суть в том, что любое подмножество подозреваемых может оказаться множеством виновных. Их может быть четверть, половина или даже все, кроме одного. Все эти случаи с точки зрения нашего определения равноправны. Последний рассказ как раз иллюстрирует этот момент. – Он наклонился вперед. – Я ведь говорил вам, что мое определение дает нам свободу. Можно сказать, оно создает новый жанр: вместо того чтобы просто гадать, кто убийца, читатель должен догадаться, причастен или нет к убийству каждый отдельный подозреваемый. Количество возможных развязок возрастает в геометрической прогрессии.
Алекс Павези создал детектив, вдохновленный классическими романами Кристи, но с живой и уникальной структурой. Книга представляет собой головоломку, где читатель может попытаться разгадать тайну быстрее главной героини. Это многослойный детектив с запутанным сюжетом и неожиданными поворотами. «Восьмой детектив» служит и данью уважения классике жанра, и свежим ее переосмыслением. Все истории о преступлениях следуют определенным законам – в них всегда есть жертва, детектив и подозреваемый....
Рядом с морем не так одиноко жить одному.
Алекс Павези создал детектив, вдохновленный классическими романами Кристи, но с живой и уникальной структурой. Книга представляет собой головоломку, где читатель может попытаться разгадать тайну быстрее главной героини. Это многослойный детектив с запутанным сюжетом и неожиданными поворотами. «Восьмой детектив» служит и данью уважения классике жанра, и свежим ее переосмыслением. Все истории о преступлениях следуют определенным законам – в них всегда есть жертва, детектив и подозреваемый....