Иулия

Погибли четверо молодых людей. Предстоит выяснить, покончили ли они с собой или им кто-то поспособствовал. В полиции считают, что всех четверых подтолкнул к самоубийству Ричард Хэммонд, психолог и гипнотизер. Но Гурни эта версия кажется не слишком убедительной, и он начинает собственное расследование. Которое приводит его к истории, случившейся много лет назад в одном детском летнем лагере.

Создание девяти миров, истории о великих богах, искусных мастерах-карликах и могучих великанах, и, конечно, Рагнарёк — гибель всего сущего и одновременно возрождение нового времени и человечества. Автор словно вдыхает новую жизнь в истории седой старины, заставляя нас с замиранием сердца следить за персонажами скандинавских мифов — восхищаться их подвигами, ужасаться их коварству, вместе с ними горевать и радоваться.

Дели – свирепый мегаполис, город джунглей вдоль магистралей, ветхих особняков и тайной любви. Меняются эпохи, в семье обедневших махараджей уживаются тираны и жертвы, путаются ветви фамильного дерева. В мечтательные шестидесятые, беспокойные восьмидесятые и после миллениума дочери древнего рода ведут двойную жизнь, ходят по грани между благочестием и изнанкой столицы. Судьбы их сплетаются с делийскими легендами. Наталья Соловьева, писатель: «Через историю одной семьи погружаешься в историю...

Захватывающее исследование сознания человека с аутизмом, который сталкивается со сложными и глубокими вопросами о сути человечности отчуждением в мире-утопии. Недалекое будущее. Медицина продвинулась настолько, что врачи могут устранять любые генетические дефекты и наследственные болезни сразу при рождении человека. Но, к сожалению, есть целое поколение людей, которые появились до возникновения этой терапии. Общество учит их ладить со всем здоровым миром с помощью различных программ, но...

Здесь правда голая, как жирная тётка в бане. Она не втягивает живот и не прячется за тонированными стёклами иномарки. И говорит она не на глянцевом гламурном новоязе, а на простом русском языке. В этой книжке нет ничего кроме разумного осмысления вечно с нами происходящего при сохранении доброго отношения к себе, что бы с нами, сучками крашенными ни происходило в этой тупой, жестокой и порою чудовищно смешной жизни.