Георг, находящийся к ней спиной, обернулся, а шашка по инерции прошла несколько дальше, чем он планировал. И встретила на своем пути ствол нежно любимого мамой фикуса. Растение с печальным хрумком пало в неравной схватке. Его крона, до этого гордо упирающаяся в потолочную плитку, пала к ногам Георга.
— Пап, через месяц у меня супер-ответственная свадьба. После нее точно съездим. Может, даже в Астрахань. Говорят, там рыбалка великолепная!
— Георг. И чего кричать? — откинулся на подушки красавчик и положил руки под голову, демонстрируя шикарные мышцы груди и кубики пресса.
— Да, Вика та еще стерва. Мы с ней не дружили в универе, но зато и не ругались, — хмыкнула я. — Да и чего нам делить? Она — первая красавица курса, а я — бледная заучка в брекетах.
Наверное, стены статусного московского дома где-нибудь треснули от нашего крика. Но радость была настолько всепоглощающая, что нам было все равно. Сегодня мы или совершили прорыв наверх, или пробили дыру на дно. Время покажет.
Маме я позвонила и ввергла ее в шок тем, что приду со своим молодым человеком. Она засыпала меня кучей вопросов, и я пообещала, что расскажу все при встрече. Легенду мы подробно обговорили с Георгом.
Букет для будущей мамы должен быть говорящим. Ты знаешь язык цветов? Нет. Значит, и не влезай, — безапелляционность Георга в очередной раз заставила меня злобно зашипеть.
Пока папа убирал последствия коварного нападения Георга, мама села напротив нас, подперла ладонями подбородок, и я увидела в ее глазах характерный блеск «дознавателя». А значит, нужно было действовать на опережение.
— Как давно я об этом мечтал, — шепнул мне папа.
— Мы с Милой много думали, кем же я могу быть по профессии. И мне кажется, что я — врач. В моей голове сохранилось много специфических знаний по медицине и анатомии. Но диплома нет, поэтому нужно будет как-то доказывать свои знания. Надеюсь, в моем случае что-то можно сделать. Но мне очень нужна ваша помощь, Алевтина Семеновна, — Георг пронзительно посмотрел на маму.