Ελλάδα

— Я хочу вот такую тату на спину. Рина покопалась в сумке и выудила листок с рисунком. Макс мельком глянул и покачал головой. — Нет. Эту дрянь я бить не буду. Чем-то зацепила его девчонка. Непонятно, ведь, чем. Может, своими глазами, с ореховой зеленцой, может, нелепой растрепанной прической, может, упрямством своим. Ведь боялась, он видел, что боялась, а настаивала. Пришла, вся такая чистенькая, хорошенькая, сама невинность, мать ее. Глазки такие удивленные, широко...

Что может готовить ночь Хеллоуина девушке, одетой в костюм ведьмочки? Только встречу с двумя инкубами! А что будет делать ведьмочка с двумя инкубами? Ну… Вариантов много…

Трубку накрывает массивная ладонь со сбитыми на костяшках пальцами. Тимур поднимает мой телефон: - Слушаю. Голос его настолько холодный, что продирает дрожью. - Тот, с кем ты будешь теперь говорить по этому номеру. Говори, что хотел. Еле слышное бормотание Тимур кривит губы презрительно. - Номер счета скидывай. Деньги будут сегодня, – вздрагиваю, пытаюсь что-то сказать, но Тимур прижимает палец к моему рту, – а этот номер забудь. Тимур отключается, смотрит на меня, пальца от губ моих не...

- Зараза, ходит тут, задом своим целлюлитным трясет... - пробормотал он злобно, и только я собиралась сказать, чтоб отпустил, и нечего меня за этот самый целлюлютный зад лапать, да еще и так жестко, как он, выдохув, резко прижался к моим губам, сразу же проникая языком внутрь и по-хозяйски придерживая меня за затылок, чтоб не смогла вырваться. Это был мой первый поцелуй. Никто до него не прикасался к моим губам. Никак. Ни невинным сухим жестом, ни более развязно. И уж тем более, никто не делал...

— Найди мне ту девчонку из бара. — Которая не дала тебе отойти на тот свет? — Ее самую. — Я уже подсуетился и кое-что на нее нарыл. Лови. Открываю почту и, прочитав две верхние строчки, с грохотом ставлю чашку с кофе на стол. — Ни хрена себе! И где сейчас это чудо находится? — Там, где и положено. В тюрьме. В расход ее пустят за такие деньги. Медлю, постукивая ручкой по столу. — Уточни по своим каналам, целка она или нет. — Зачем тебе это? Хочешь ее себе, чтобы самому на ней отыграться?...

–Ты сказал, что женишься на мне! –Женюсь? Ты не достойна ни белого платья, ни брака со мной. Ты сделала свой выбор, Эльза. Хотела, чтобы я от тебя отстал – твое желание исполнено,– холодно улыбается. Два года назад Тай Иманов был одержим мной. Сказал, что я стану его во всех смыслах. Я рассмеялась ему в лицо, а потом сбежала. А теперь этот мужчина мой единственный шанс, чтобы выжить. И я сделала то, что спасет мне жизнь – соврала.

– Вы не должны видеть невесту до свадьбы. – Моя невеста сбежала, а ты всего лишь замена, – бьет словами наотмашь. – Но свадьба у нас будет настоящая, как и брачная ночь. Я расплачиваюсь за проступок своей сестры. Меня ему отдали, словно я вещь. Он жестокий, красивый, опасный. И я должна стать его покорной женой. Я этого не хочу! Ненавижу его! Но каждую ночь, когда он приходит в мою спальню и учит меня быть покорной, я подчиняюсь его воле…

– Я тебя когда увидел, захотел испортить, запачкать собой. Чистая, невинная, моя. – Нет, я не твоя... – Да, Ю, по праву моя. Каждый миллиметр твоего тела – мой. Даже твое дыхание принадлежит мне, – легонько сдавливает горло, мои глаза расширяются от страха. – А теперь давай становись на колени и поприветствуй супруга, как следует. Его называют Бездушным. Его боятся, ненавидят, восхищаются. Я оказалась не в том месте, не в то время. Тимерлан Абрамов спас меня, сделал своей. Но я этого не...

–Снимай свадебное платье, Эмилия,– произносит мой… Муж. А я схватилась за вырез лифа и отрицательно головой качаю. Только не это. –Нет,– голос дрожит, а внутри зарождается паника. –Нет?– насмешливо переспрашивает Наиль.– Ты теперь моя по закону, и я хочу посмотреть, что скрывает за всеми этими тряпками моя трофейная жена. ____ Отец отдал меня в жены страшному человеку. В мире, где правят мужчины, нет места любви и уважению, а мнение женщины никого не волнует. Но я отказываюсь жить по их...