Надежда

–Мне не нужна лишняя шумиха. Мы продолжим жить так, будто ничего и не случилось,– муж произносит будничным тоном. –Как ты сказал? Будто ничего и не случилось? –Именно так я и сказал, Аля. –То есть тот факт, что твоя любовница беременная и претендует на мое туристическое агентство, тебя совсем не волнует? –Аля, возьми себя в руки и сними уже розовые очки. Все мужчины изменяют. –Вот и пусть изменяют. Я подаю на развод. –До выборов этого не будет. Если я не выиграю по твоей вине, ни ты, ни...

Слишком хороша, чтобы умереть вот так сразу. В мой шатёр её. Отмыть и переодеть. Тебе «повезло»: верёвки ослабили, и меня подхватили чьи-то грубые руки. Алый генерал сперва поиграет с тобой, а потом убьёт. Повезло? *** Он — тот самый, кого зовут Алым генералом. Холодный, жестокий, не знающий пощады. Сначала он покорил наши земли, а потом… решил забрать себе принцессу в качестве забавы. Меня. Свои же предали: опустили головы и без раздумий отдали меня захватчику. У меня осталось только...

Жизнь Стеши устоялась. Родители позаботились и об образовании, и о будущей, перспективной работе дочери. Найден подходящий жених. Дом и дерево – на очереди, с детьми разрешили повременить. Счастливое и обеспеченное будущее, с каждым днем всё больше напоминающее золотую клетку, в которой жених – лжец и предатель, а жизнь похожа на пародию. Дорога из желтого кирпича уперлась в ворота Изумрудного города. Встреча с Егором – молодым офицером-подводником, разбередила жажду перемен. Но хватит ли ей...

Меня зовут Ульяна Дворцова, мне пятьдесят, и только сейчас до меня дошло: я не жила — я просто существовала. Тридцать лет я старалась быть безупречной женой. Варила борщи, которые обожал муж-дальнобойщик, гладила ему рубашки, ждала возвращений из рейсов и не лезла с вопросами. Поднимала на ноги дочь Катю, работала мерчандайзером, улыбалась тогда, когда положено, и замолкала тогда, когда удобнее. Катя выросла, вышла замуж — и я внезапно осталась один на один с пустотой своей жизни. Что я...

Что будет, если простую пенсионерку, которая спокойно себе подрабатывает в «Пятёрочке» и никого не трогает, перенести в 1992 год? А если перед нею вдобавок ещё и поставить жёсткое условие? Не знаю, как другие, но баба Люба, если разозлится, то покажет всем кузькину мать.