Татьяна

- У меня муж весь испереживался, что я здесь. А мне тут нравится. Кормят, поят, развлекают уколами. Еще и вы теперь со мной, так что скучать не будем.Широколицая румяная девушка, которую звали Тосей, улыбнулась открыто и радостно.Мне было не до веселья, потому что в планы мои не входило пребывание в клинике по поводу угрозы выкидыша.Я вообще не планировала беременеть, ведь мы с Эдиком уже взрослые, нам внуков пора ждать.- Я ненадолго, максимум на пару дней, - заверила Тосю, раскладывая вещи.-...

- Седина в бороду, бес в ребро, говоришь? - горько усмехаюсь, пока мой муж застёгивает запонки на рукавах. Я только что поймала его с поличным с какой-то молоденькой блондинкой, которая, как оказалось, с Матвеем уже два года. - Да, именно так, Инна. Он дал знак любовнице и та, быстро поправив платье, ушла. А мы остались. - Не зря же придумали эту поговорку. Мне нужны страсть, эмоции, молодость, наконец. А тебе сорок шесть, ты на это уже не способна. Но я не собираюсь от тебя...

Елена Сокольская, успешный архитектор, оказывается в центре хаоса за один день. Она узнает, что её муж и лучшая подруга, которые не только любовники, но и аферисты, подставляют её, и она становится главным подозреваемым в крупной мошеннической схеме. Все доказательства указывают на неё, и на кону её свобода. Правосудие бессильно, и Лена может полагаться только на свой острый ум. Чтобы выжить, ей нужно применить свои навыки разрушения так же мастерски, как и навыки созидания, и найти слабое...

– Ты не представляешь, каково это – шесть лет спать рядом с этой тушей. Я заслужил за своё терпение столь шикарный подарок… тебя… настоящую женщину… Я люблю тебя, Вика. Только тебя.Я только вошла в номер. Услышанное заставило меня замереть в ужасе и неверии. Я судорожно сжала в руке ключ-карту и прикусила губу, чтобы не вскрикнуть. Голос Димы доносился с балкона, тот самый нежный голос, которым он шептал мне признания в любви всего пару часов назад. Только сейчас в нём слышались совсем другие...

Первым сквозь ватную пустоту прорвался звук — тягучий, сладкий стон. И он был знаком до боли: так стонал мой муж, Антон. Следом ударил запах. Дешёвые мускусные духи, от которых Ксения была без ума, сплелись с потом и чем‑то ещё — липким, запретным, слишком личным. Получилась удушливая смесь измены. Этот аромат я узнала бы где угодно: сколько раз он оставался у нас — в гостиной на диване, на стульях у обеденного стола, в воздухе после её визитов. Ксюша жила рядом, в соседнем квартале...

Я вышла замуж за отца-одиночку, дочку которого полюбила, как родную, готовилась родить нашего общего малыша, но перед самими родами муж выгнал меня, обвинив в измене, и развелся, утверждая, что наш сын не от него. Я смирилась и пыталась жить дальше, но однажды Демид снова появился на моем пороге, утверждая, что его дочь смертельно больна и, так как именно меня малышка Соня считает своей мамой, то я и должна находиться рядом, пока ей не станет лучше.Естественно я согласилась, ведь разлука с Соней...

— Аборт сделаешь. Нам не нужен второй ребенок, — решительно заявляет муж, сражая жестокостью. Пол уходит из-под ног. Я успеваю вцепиться дрожащими пальцами в краешек стола. — Аборт?.. Это же наш малыш. Как ты можешь такое требовать, Артур? — шепчу я, цепенея. — У нас есть дочь. Я больше детей не хочу. Обсуждать не стану. Секунду назад я «обрадовала» супруга новостью о второй беременности. Долгожданной. Недостижимой. Такой желанной! Я уже люблю эту крохотную маленькую точечку на УЗИ. И вот…...

- Убирайся из моего дома! - в оцепенении я слушаю ужасные слова мужа. Смысл их немного подвисает и плохо доходит до меня. - И подкидыша своего забирай! Я не понимаю, Руслан что... выгоняет меня из квартиры? Вместе с сыном?! Пальцы дрожат, мне хочется кричать в голос. Но рядом Тёмочка спит, а я его еле-еле укачала, ему совсем плохо сегодня, температура тридцать восемь, и я стараюсь говорить негромко. - Живее! Чтобы через пятнадцать минут ноги твоей здесь не было! Я вздрагиваю от жёсткого тона, по...

Фотография. При взгляде на которую подкашиваются ноги.Вероника в нашей спальне. На нашей кровати. Она лежит, обняв спящего Олега. Её темноволосая голова на его плече. На довольном лице победоносная улыбка. Подпись:«Мы встречаемся уже год. Олег жалеет тебя, оттягивая разговор о разрыве. Боится, что вскроешь вены. Ты ему надоела со своей правильностью. Сделай нам всем одолжение – исчезни. И сделай аборт. Если не захочешь добровольно, найдём способ заставить. У меня есть знакомая бабка,...