...О Боги! Он просто околдован! Он не смог выбросить из головы маленькую ведьму, как ни пытался. Гаррик надеялся, что долгое отсутствие поможет забыть Бренну, но даже когда преследовал добычу, девушка стояла перед глазами, а ее упрямство и своеволие постоянно занимали мысли. Конечно, Бренна окончательно помогла изгнать из сердца и души образ Морны… но какое это слабое утешение! Что белокурая сучка, что темноволосая мегера — все они одинаковы, никому нельзя доверять!
— Дом — там, где сердце, а сердце мое за морем.
— Ради твоего же счастья, девочка, надеюсь, что в один прекрасный" день твое сердце окажется здесь...
— Еще не решил, стоит ли наслаждение, которое она дарит мне в постели ночью, тех бед и несчастий, какие причиняет днем.
— Отдай ее мне, — вмешался Хьюг. — Уж я знаю, что делать с этой ведьмой!
— Сломаешь ее дух и уничтожишь волю, — заметил Ансельм старшему сыну. — Сильная, гордая женщина стоит того, чтобы заполучить ее, и требуется много терпения, чтобы приручить ее, и не побоями и пытками, а нежностью и лаской. О Гаррик, если именно она поклянется тебе в верности, другой такой не сыщешь на всем белом свете!
Он зажег в ней огонь, о котором Бренна даже не подозревала… Но никогда больше! Этому восхитительному блаженству можно противиться! Да, подобного экстаза нужно опасаться — слишком дорогую цену приходится за него платить...
— Так она по-прежнему ничего не делает? — спросил Перрин.
— Нет, она ухаживает за лошадьми.
— И ты это позволяешь?!
— На другое она не соглашалась, — нехотя выдавил Гаррик, еще сильнее хмурясь. Перрин весело расхохотался:
— Так девушка была права! Это ты укрощен, не она!
— Что ты делаешь?
— Раздеваюсь. — Жесткая усмешка искривила губы Гаррика.
— Собираешься избить меня голым? — неуверенно спросила она, широко распахнув глаза.
— Нет, госпожа, — холодно объяснил он, стягивая сапоги из мягкой кожи. — Я решил разделаться с тобой по-другому.
— Но как?
— По-моему, это очевидно! — Густые брови слегка приподнялись. — Я покорю тебя единственным верным способом, которым мужчина берет верх над женщиной, — овладею тобой!
Эта точеная фигурка создана для наслаждений, а не для битв! И снова он ощутил ее колдовское притяжение и рассердился на себя. Она действительно опасна, не угрозами и гневом, а ослепительной красотой. Гаррик не привык доверять женщинам и брал их, лишь когда потребность становилась чересчур сильной. Обычно же попросту сторонился их и заранее решил, что эта ничем не отличается от остальных...
Терпение – это добродетель...
У меня было больше времени, чтобы над всем поразмыслить, так что, пожалуй, я поделюсь с тобой мудростью, которую породил мой гнев. Думай об этом так: влечение можно испытать много раз и к разным людям. В конце концов, именно оно и делает нас людьми, заставляет действовать: влечение друг к другу, к вкусной еде, к искусству, развлечениям. Оно – часть веселья. Поэтому, когда ты решаешь связать свою жизнь с партнером, ты не говоришь: «Я обещаю, что меня никогда не будут интересовать другие люди». Ты говоришь: «Обещаю, что буду верен тебе, даже если в будущем меня будут интересовать другие люди». Именно поэтому человеческие отношения так непросты. Твои тело и сердце не перестают видеть красоту и желать окружающих парней только потому, что ты приняла решение быть с одним из них. Но если ты окажешься в ситуации, когда тебя сильно тянет к кому-то, то только от тебя зависит, сумеешь ли ты положить этому конец до того, как желание окажется слишком сильным и заставит тебя сдаться...
Мне одновременно и жаль ее, и радостно, что она получила по заслугам. Мучения необходимы, чтобы выучить урок. Надеюсь, у нее в памяти накрепко засядет каждая секунда этого жесточайшего похмелья...