...каждому ребенку нужен один взрослый, который будет его любить, и один, который будет в него верить...
«Сломано». Я нахмурился. «Но спасибо».
«Ты не сломана, Дот». Он сунул сигарету в рот, небрежно похлопав меня по бедру. «Немного порезана, конечно. Все бриллианты сломаны».
Не я, подумал я. Под моей солнечной личностью вы найдете только тьму...
И еще — почему я не двигался? Не говорил? Не дышал? О. Точно. Потому что в ситуациях «бей или беги» я всегда прибегал к третьему варианту — замереть . Я бы просто превратился в камень и притворился мертвым...
- Ну, а ты… Ты тоже никогда не говорил о любви.
— А разве и так непонятно? — изумился мужчина, стаскивая ботинки. — Я женился на тебе. Зачем бы я это делал, если бы не любил?
— Не знаю, зачем! — топнула ногой Таня. — Ну-ка, скажи!
— Я люблю тебя. Больше жизни люблю...
— He-а. Тебя я, Владик, давно не жду.
— А что так? Старик в цацки вырядил, а ты и рада стараться?
— Глупый разговор, — ответила Таня и попыталась уйти. Но Влад схватил ее за руку и продолжил, брызжа слюной:
— Так что же, Таня, давно ли ты стала любовь бриллиантами мерять?
— Глупый ты, Владик. Мелочный и глупый. Это ты все выгоды ищешь, и не ценишь то, что имеешь. А Павла я не за бриллианты люблю.
— Еще скажи, что за глаза красивые!
— И за глаза красивые, и за руки нежные, за все то, что он собой представляет. И до чего тебе никогда не дорасти.
— Любишь, значит?!
— Больше жизни. В огонь и воду за ним пойду. Но тебе это тоже не понять. Так что ступай своей дорогой, и думать обо мне забудь...
В хозяйстве нет лучшего помощника, чем провинившийся накануне мужчина...
...Да и я уже в том возрасте, когда не гонишься за мифической любовью. Хочется простых, обыденных вещей. Понимания, тепла, уюта… Чтобы домой возвращаться с радостью...
— Я хочу видеться с сыном. Имею право…
Таня сидела, и поверить не могла, что слышит то, что слышит.
— Имеешь право? И в этом вы все — мужики! Обязанностей у вас никаких… Зато права в полном объеме. И знаешь, что… Вот тебе, а не сын! — Таня отбросила за ненадобностью всю свою сдержанность и ткнула в нос мужчине кукишем...
Да, ты садись, в ногах правды нет...
— Тогда не отвлекайся и решай свои проблемы. А в воскресенье приезжай на борщ с пирожками.
— Маааам, — протянул Павел, — опять ты с вкусняшками. Знаешь, сколько я уже вешу?! На весы страшно становиться.
— А ты не становись, — порекомендовала женщина. — Навыдумывали! Где это видано, чтоб мужчина взвешивался?
— А как же контролировать лишний вес? — подколол мать Павел.
— Мужчина должен быть большим. Как посмотрю на нынешних хлюпиков! Ужас, что творится. Ножки тонкие, ручки тонкие. В штаны обтягивающие нарядился, курточку покороче натянул и чешет, как кузнечик.
— Почему, как кузнечик? — смеется Павел.
— Потому что ножки тоненькие!