Мои цитаты из книг
— Естественно, — все-таки смеюсь, — а еще там лучшие сливочные пирожные.
— И где же расположено это райское местечко?
— Секрет.
О, Боже… Я что флиртую с ним?
Флиртую! В другой ситуации я бы мигом свернула все это, но у меня в ушах до сих пор звучит самодовольное «а то!» в исполнении мужа, поэтому продолжаю.
— Для настоящего охотника секреты не страшны, — самоуверенно улыбается, — он легко найдет след.
— Удачи. Посмотрим, так ли хорош охотник, как о себе думает.
— Вызов принят, — он улыбается, и в неоновых огнях клуба его улыбка просто светится...
— Я хочу твоего мужа, — произносит стерва, глядя мне в глаза, — насовсем.
От такой наглости я теряюсь.
— Он мне нравится, — хищно продолжает она, — я чувствую, что это мой человек.
— Вообще-то он женат. На мне!
— Не стена, подвинешься.
— Зря стараешься, — цежу сквозь зубы, — он любит меня.
— А это мы еще посмотрим…
Хороший левак, мать его, укрепляет брак.
Какая сволочь это придумала? Какой не нагулявшийся до тошноты кобель, выдал этот философский перл? Почему-то я уверена, что это чисто мужское изобретение. Для тех самых, которые готовы на каждом углу с пеной у рта доказывать, что все мужики полигамны...
— Я хочу твоего мужа, — произносит стерва, глядя мне в глаза, — насовсем.
От такой наглости я теряюсь.
— Он мне нравится, — хищно продолжает она, — я чувствую, что это мой человек.
— Вообще-то он женат. На мне!
— Не стена, подвинешься.
— Зря стараешься, — цежу сквозь зубы, — он любит меня.
— А это мы еще посмотрим…
В конце самым спокойным тоном выдает:
— Задача ясна. Работаем.
— Работаем, — я скованно улыбаюсь, все еще не уверенная в том, что поступаю правильно. Почему-то вспоминаются слова «кто ищет, тот всегда найдет», а следом «меньше знаешь — крепче спишь», но уже поздно. Отмашка дана...
— Я хочу твоего мужа, — произносит стерва, глядя мне в глаза, — насовсем.
От такой наглости я теряюсь.
— Он мне нравится, — хищно продолжает она, — я чувствую, что это мой человек.
— Вообще-то он женат. На мне!
— Не стена, подвинешься.
— Зря стараешься, — цежу сквозь зубы, — он любит меня.
— А это мы еще посмотрим…
Я понимаю, что тебе сложно, что тебя сейчас кроет по страшному, но не раздувай конфликт там, где можно мягко погасить...
— Я хочу твоего мужа, — произносит стерва, глядя мне в глаза, — насовсем.
От такой наглости я теряюсь.
— Он мне нравится, — хищно продолжает она, — я чувствую, что это мой человек.
— Вообще-то он женат. На мне!
— Не стена, подвинешься.
— Зря стараешься, — цежу сквозь зубы, — он любит меня.
— А это мы еще посмотрим…
— Понимаешь, вот такое вранье по мелочам — это тревожный сигнал. Ему кажется, что ничего страшного, подумаешь не сказал…А на самом деле это маленьких шажок к хаосу. Соврал в одной мелочи, потом в другой, в третьей. И каждый раз думается, что все в порядке, что это просто ерунда, недостойная внимания. Но постепенно под эту категорию ерунды могут попадать все более серьезные вещи. Одна ложь всегда тянет за собой другую...
— Я хочу твоего мужа, — произносит стерва, глядя мне в глаза, — насовсем.
От такой наглости я теряюсь.
— Он мне нравится, — хищно продолжает она, — я чувствую, что это мой человек.
— Вообще-то он женат. На мне!
— Не стена, подвинешься.
— Зря стараешься, — цежу сквозь зубы, — он любит меня.
— А это мы еще посмотрим…
— Он мужчина, — говорит так, словно это объясняет все, — Красивый, сильный, видный, с ярким внутренним стержнем. Такие сразу попадают на все женские радары в радиусе километра. Так что держи руку на пульсе.
— И что ты предлагаешь? Караулить его? Ходить за ним хвостом? Доводить подозрениями?
— Ну что ты, Кир! Как маленькая, ей богу, — тихо смеется Алиса, — Мужчины не любят, когда им выносят мозг. Их надо гладить по шерсти, поддерживать, хвалить и лишь иногда встряхивать для поднятия тонуса. Хитрее будь… Контролируй, но незаметно...
— Я хочу твоего мужа, — произносит стерва, глядя мне в глаза, — насовсем.
От такой наглости я теряюсь.
— Он мне нравится, — хищно продолжает она, — я чувствую, что это мой человек.
— Вообще-то он женат. На мне!
— Не стена, подвинешься.
— Зря стараешься, — цежу сквозь зубы, — он любит меня.
— А это мы еще посмотрим…
— Кира, тебе правду или сладенькую конфетку?
— Правду давай, — горько усмехаюсь, — у меня аллергия на сладкое.
— Хорошо. Зай, чтобы поймать мужчину в свои сети, не обязательно играть на похотливых инстинктах. Тактик много. Можно быть хрупкой нежной девочкой с грустными глазами, и мужчины побегут решать твои проблемы. Можно, строить общение так, чтобы мужчина каждую секунду чувствовал себя особенным, создавать ему ощущение, будто никто никогда не понимал его так, как ты. Можно, заставлять его улыбаться. Поверь, они любят улыбаться! Можно, отыгрывать роль дикой кошки, которую непременно захочется приручить, или роль таинственной недоступной красотки. Все эти подходы — тонкая игра на мужских струнах. Они охотники, защитники, и любят, когда их не просто ценят, а боготворят. И не известно, какая тактика может сработать.
— Я хочу твоего мужа, — произносит стерва, глядя мне в глаза, — насовсем.
От такой наглости я теряюсь.
— Он мне нравится, — хищно продолжает она, — я чувствую, что это мой человек.
— Вообще-то он женат. На мне!
— Не стена, подвинешься.
— Зря стараешься, — цежу сквозь зубы, — он любит меня.
— А это мы еще посмотрим…
— Значит, рядом с твоим мужем нарисовалась стерва...
О стервах Алиса знает все.
Потому что сама стерва. Матерая, из Высшей Лиги. Та самая, роковая женщина, которая крутит мужчинами как ей заблагорассудится, а они едят с ее рук и счастливы лишь от того, что на них обратили внимание. Настоящая самка, рядом с которой мужчине хочется расправить плечи и быть мужчиной. Женственная, сексуальная, и что самое важное — чертовски умная.
На жизнь она зарабатывает консультациями для женщин, потерявших веру в себя. Она прокачивает их уверенность в себе, женственность, самооценку. Учит, как сохранить и приумножить счастье в личной жизни, и как выжить после болезненного расставания, как лучше понимать и себя, и мужчин. Гуру одним словом.
— Нарисовалась.
— Как ощущения?
— Чудовищно!
— Главное – не накручивай.
— Поздно, — даю волю эмоциям, и с губ тут же срывается надрывный стон, — уже накрутила.
— Я хочу твоего мужа, — произносит стерва, глядя мне в глаза, — насовсем.
От такой наглости я теряюсь.
— Он мне нравится, — хищно продолжает она, — я чувствую, что это мой человек.
— Вообще-то он женат. На мне!
— Не стена, подвинешься.
— Зря стараешься, — цежу сквозь зубы, — он любит меня.
— А это мы еще посмотрим…
Отхожу к окну и, уперевшись ладонями в подоконник, рассматриваю букет. Тонкий запах лилий приятно обволакивает, но справиться с моим волнение не в силах.
— И о чем же вы говорили? — уже совсем другим тоном спрашивает Леша. Его голос напряжен. Меня это нервирует еще больше.
— Она сказала, что ты ей нравишься, — спокойно, не оборачиваясь, — что ты – «ее человек», и она хочет тебя увести.
За спиной муж громко давится чаем и кашляет.
— Я что теленок безмозглый? Или пес цепной, чтобы меня уводить? — наконец, хрипит, с трудом переводя дыхание.
— Это ты мне скажи.
Разворачиваюсь к нему лицом и, сложив руки на груди, рассматриваю, будто впервые вижу...
— Я хочу твоего мужа, — произносит стерва, глядя мне в глаза, — насовсем.
От такой наглости я теряюсь.
— Он мне нравится, — хищно продолжает она, — я чувствую, что это мой человек.
— Вообще-то он женат. На мне!
— Не стена, подвинешься.
— Зря стараешься, — цежу сквозь зубы, — он любит меня.
— А это мы еще посмотрим…
Он поднимает на меня вопросительный взгляд.
Я улыбаюсь и одними губами произношу «Я тебя люблю».
Наша история в последний год была сложной и некрасивой. Мы прошли испытание Зайкой, хлебнули на двоих большой ложкой из зловонной лужи, но нашли в себе силы оставить ее в прошлом и вместе идти в будущее, поклявшись друг другу что больше никого и никогда не подпустим к нашей семье.
Есть он, я, наш ребенок — это то, ради чего хочется жить и то, ради чего можно сразиться с целым миром. С любым врагом, даже если этот враг коварно прячется под личиной тех, кому доверяешь...
— Зайка! — я бросаюсь к ней. — Что произошло? Племянница ревёт навзрыд, пытается отвернуться, но я удерживаю её за плечи и заглядываю в заплаканные, несчастные глаза. — Что случилось, родная? Скажи мне, пожалуйста. Она всхлипывает, давится слезами и выдыхает через стон: — Я потеряла ребёнка. Меня будто оглушает. — Как?.. Когда?.. Я даже не знала, что ты была беременна. — Уже нет, — воет она, судорожно прижимая пальцы к плоскому животу. — Уже нет…Бедняжка. — А что сказал отец? Кто он? ...