– Пока я вижу лишь подтверждения этим страшным сказкам, – бросила я и села в стороне от него, прислонилась к стене.
– Что ж, пусть так. – Линтар поправил яйцо в огне и отошел к противоположной стене. – Так будет проще вас завоевать. Порой страх делает то, что не может сделать доблесть. И чем больше вы боитесь нас, тем лучше...
– Ты веришь тому, что тебе сказали, дикарка, – в его голосе скользнули серые нити усталости.
– Я верю в то, что истинно!
– Истина легко меняется в зависимости от того, кто ее излагает, – не глядя на меня, произнес он. – И от того, кто слушает...
– Отпусти!
Я вывернулась, взбрыкнула ногами, пытаясь отпихнуть его от себя или ударить. Но арманец рассмеялся.
– Ева, ты разве не знаешь, что сопротивление лишь распаляет мужчин? А мне и так трудно сдерживать свой огонь рядом с тобой…
Подчинение должно быть полным, даже в мелочах…
...несдержанность всегда ведет к поражению. Поражение солдат – поражение командующего…
Люк отчаянно пытался скрыть зевоту, и я незаметно фыркнула. Уходя вечером в свои покои, я видела братца в одном из коридоров с молоденькой Мадлен, одной из юных виа нашего королевского двора. И, судя по довольному блеску карих глаз, их общение было удачным. Я покачала головой, решая задачу, стоит ли пожаловаться отцу. Конечно, я понимаю, Люк – молодой, привлекательный мужчина, но помимо этого он еще и наследник престола. А ведет себя, как глупый ребенок, дорвавшийся до сладкого, пробуя все подряд и запихивая в рот куски, до которых только может дотянуться. Такими темпами скоро образуется целый легион девиц, которых братец успел испортить! Хорошо хоть, наша кровь не дает зачать ребенка без должного ритуала, а то король уже несколько лет назад стал бы дедушкой...
Сестру Данил принял ровно, как неизбежность, даже несколько недоуменно, что мол, такая козявка, а сколько из-за нее шуму. Но по мере взросления девочки его мнение менялось и становилось более благосклонным. В самом деле, любить его меньше никто не стал, вниманием родителей Данька обделен не был, а вот козявка, когда начала превращаться в человека, с каждым днем становилась все более и более забавной...
...Боль это боль, как ее ты не назови. Это страх, там где страх, места нет любви...
Агата Кристи, альбом «Позорная звезда», 1994г.
...Саломии казалось, что именно на острове Никита ее действительно любил, потому что можно лгать словами, но телом лгать невозможно. И глазами не лгут, а то, как он на нее смотрел, как он не мог от нее оторваться, ничуть не объясняло то, что он потом сделал...
...мужчин недосказанность заводит куда больше, чем выставляемое напоказ...