Губы как-то сами собой растянулись в улыбке, а в горле снова встал ком, но уже совсем не такой, как раньше. Полина искренне считала, что шоколад во всех видах – это главное лекарство от любой беды. Как родители ни пытались ее ограничивать, она всегда умудрялась где-то раздобыть или шоколадную плитку, или конфету, или хотя бы кружку какао. Мы даже шутили, что она вырастет жрицей не Некроса, а Шоколадного Бога. Сестренку такая перспектива поначалу воодушевила, и она очень расстроилась, когда узнала, что такого бога нет.
Стоило сделать пару шагов, как большая квадратная плита, какими здесь был вымощен весь пол, «поплыла» у меня под ногой и тихо «кликнула». Я успела отметить это и даже понять, что случилось, но вот среагировать – уже нет. Пламя взметнулось в одну секунду. Откуда оно взялось, я не разглядела. С удивлением осознала только, что какая-то неведомая сила вовремя потянула назад, поэтому мне лишь слегка опалило челку.
Он был красивым, это я понимала уже тогда: светловолосый, сероглазый, с благородными чертами лица, уже довольно высокий, но еще по-мальчишески худой. Он казался мне таким взрослым! Но при этом каким-то… своим. Потому что взрослых мальчиков в нашем доме хватало: все они учились в школе для непотомственных жрецов, но те были совсем взрослыми, а этот… еще не совсем.
– Чего сидим, кого ждем? – насмешливо поинтересовался он. – Кристалины искать пойдем?
Нет бы просто сказать: «Ты была права, Лора. Какая же ты молодец, что не дала нам уйти ни с чем!»
– Ты намекаешь, что я толстая? – тут же оскорбилась я, сделав страшные глаза.
Это была болезненная тема, которой все старательно избегали. Беременность вполне логично изменила мою фигуру. Но если с животом я смирилась, то увеличившаяся грудь создавала проблемы. Она и так раньше была большой, а сейчас стала просто огромной.
Раису, конечно, нравилось, но мне причиняла легкий дискомфорт. Еще и одежду приходится каждую неделю перешивать.
– Ты ревнуешь? – спросил Райе тихо.
– А надо? – спросила у него и развернулась, чтобы уйти.
Ради этого не стоило устраивать истерику или рыдать. Поэтому самый лучший вариант – отойти и успокоиться.
Я была совершенно уверена, что он так занят своими бумажками, что уже забыл о моём существовании. Но как бы не так. Оказывается, демон смотрел мне вслед. И этот взгляд… не знаю, как его описать.
На меня никто никогда так не смотрел. Жадно, предвкушающе, словно обещая что-то. Не только мне, но и себе.
Поняв, что я его заметила, демон едва заметно вздрогнул, и взгляд тут же стал ра вн одуш но-скучающим.
А я… я хлопнула дверью и отшатнулась.
Я уверенно улыбнулась и выпрямила спину, отчего грудь выдалась вперёд и стала еще больше. Взгляд Стая стал более красноречивым. А я почувствовала себя этакой охотницей, которая расставила силки, и в них попалась большая такая добыча.
Надо было закрепить результат Я часто задышала, отчего грудь под корсетом заходила ходуном. Даже думать не хочется о том, как это выглядело со стороны.
После поцелуев мне пришлось слегка подправить помаду на губах. Звать для этого никого не стала – справилась сама
– Чтобы пробудить первозданную тьму – нужна инициация темными фениксами. Чтобы пробудить первозданный свет – нужна инициация светлыми фениксами. Чтобы пробудить нужную мне магию – в инициации должна участвовать ты!