Друзья звали ее Стальным Подснежником, враги – упрямой и живучей стервой. Однако друзей все меньше, врагов все больше, а дар боевого мага не вечен. Теперь судьба леди Лавинии Ревенгар – стать разменной монетой в чужих интригах и королевской наградой для коменданта пограничной крепости, недавно потерявшего любимую жену. Лавиния верит: можно лишиться всего, кроме стального характера и чести. Комендант Эйнар знает: есть шанс вернуть погибшее счастье, но цена запредельна. Можно ли не ошибиться,...
Но где та граница между терпением и потерей гордости, за которую нельзя переходить, чтобы не потерять уважение к самой себе?
«Истинная леди наполняет мир вокруг себя красотой и достоинством… А не скандалами»
Ах, какие здесь закаты, миледи! Лучше — только восходы. Ну и, ясное дело, то, что между ними бывает. Но об этом я молчу!
«Латаныя простыни» и «пиришытые платья» пускай уж остаются в ведении госпожи Молли — Ло их решительно не жалко, но к остальному она экономку подпустит только под собственным присмотром.
И все-таки, ожидая смерти, следует жить.
Ох, легче того же кота не только овес научить жрать, но еще ходить строем и честь отдавать, чем заставить женщин молчать.
Подснежник? И какая из нее жена? Дикие кошки не приручаются, хоть ты ее возьми из логова слепым котенком.
Проснувшись, Лавиния несколько мгновений созерцала потолок, невольно раздумывая: неужели в пределах досягаемости нет ни одного штукатура?
Если мужчина — действительно мужчина, а не гулящий пес, то решает у него та голова, что на плечах. А для бунтующего тела есть ледяная вода, тренировки
— Эйнар, не злись, — торопливо попросил Тибальд, выглядя виноватым. — Что она там, погрызет что-то? И в углу не нагадит, не кошка, чай. А потом в свою спальню заберешь.
Черные розы — смерть, прощание, ненависть… Кто может ненавидеть ее настолько сильно? За что?
Как же все-таки избавиться от нежданной и такой ненужной королевской милости? Это только в сказках принцессы выходят замуж за солдат и живут с ними счастливо
Она — часть награды! Племенная кобыла в придачу к деньгам и титулу! Бантик на подарке! Да чтоб им обоим, и королю, и этому коменданту, сдохнуть!
-И это всё?- потрясённо спросил капитан. Явно представляющий некромантские ритуалы более пышными или мрачными.
-У меня всё! - огрызнулся Маркус, садясь удобнее.
-Я вам не ярморочный фигляр, который дохлую курицу час поднимает, пока публика кидает деньги.
Тиба запрыгал первым. И в карманах у него зазвинело так словно там лежало колодезная цепь. Ни чуть не смущаясь сержант с невинным видом, вытащил несколько монет и маленькую подкову.
-Подкова тебе зачем? - хмуро поинтересовался Эйнер чуя подвох.
-Так на счастья! - ухмыльнулся Тиба.
-Зажму в кулак, дам кому нибудь по морде, и будет мне сплошное счастье!
-Пришлось замолчать, мучаясь виной и стыдом...
- имеет ко всему этому КАСАТЕЛЬСТВО...
-вечершняя его болтовня просто разведка и ПРИГЛЯДЫВАНИЕ к Эйнеру...
- девчёнку она велела СМОЛКНУТЬ И укладываться спать...
-Шамьет должен быть настолько сладким, чтоб ложка стояла и ДЫМИЛАСЬ...
- злость Эрнера успокоила и придала СООБРАЖЕНИЯ...
-гостинная с ЩЕЛЯСТЫМ полом....
-в глухом голосе коменданта слышалось ТВЕРДОЛОБОЕ упрямство...
Бутылка не лошадь от беды на ней не ускачешь.
Никогда не суди людей только с чужих слов, мало ли кто какую гадость скажет..
Просыпаться почти всегда лучше, чем засыпать! Проснувшись, ты можешь быть уверен, что всё ещё жив!.
«Слова — как стрелы, — вспомнила она пословицу. — Слетели — не поймаешь». И убивают они так же….
Интересно, есть ли на земле такое место, чтобы мужу некуда было деться от жены? Даже здесь, где ни трактиров, ни игорных домов, а служба под боком, — и то нашлась застава...
— Я думаю, — очень серьезно сказал Бастельеро, — что вы пару раз едва не умерли за нее. Так попробуйте ради нее жить. Да, будет нелегко. Двух таких упрямцев еще поискать… Но она знает, кто вы и чего стоите. Капитан, подснежникам не нужны клумбы перед королевским дворцом или золотые цветочные горшки, им достаточно чистой земли, воды и немного тепла.
Видите ли, миледи, у чистого разума нет чести и милосердия, только целесообразность.
Вдруг чудеса все-таки случаются? А если нет, она сама их как-нибудь устроит!