Утром она проснулась от настойчивых ласк. Обнаженная, она лежала на спине. С нее бесцеремонно сдернули одеяло, и по ее телу скользили жадные руки, губы и языки. Но когда она попыталась открыть глаза, то обнаружила, что они закрыты повязкой. Повязка была тонкая, и сквозь нее пробивался солнечный свет, но полностью открыть глаза и увидеть, кто же ее ласкает, повязка не давала. Динка потянулась рукой к голове, но ее кисть со сдавленным смехом тут же была перехвачена и закинута за голову вместе со второй рукой.— Не старайтесь, я различаю вас и с закрытыми глазами, — хихикнула она, но тут ее рот накрыли чьи-то губы, и мужской язык властно проник внутрь, жарко скользя по ее языку и лаская ее небо. Вопреки своему хвастовству, она не смогла вычислить, кто же ее целует. Да и не особенно старалась, отдаваясь ощущениям. Две пары губ одновременно сомкнулись на ее сосках.