Цитата из книги «Чужая женщина» Ульяна Соболевапоказать все Добавить
Готовила любимые гребаные пирожки с капустой, стирала мои вещи, звонила на работу спросить, как я там, а на самом деле узнать, скоро ли вернусь домой, чтобы успеть потрахаться с гондоном своим желторотым. Волчонок — так она его называла, мать ее, пока он ее драл на супружеском ложе.
"Давай, Волчонок, глубже… дааа"
С-с-сука. Как вспомню, и тянет блевать. Я и блевал тогда. Нажрался водки до чертей наяву и выблевывал свои кишки и свою идиотскую наивность в унитаз в доме у Геры...
После того как жена ушла от меня к любовнику, я считал измену самым грязным поступком, а мужчин, которые спят с чужими женщинами презренными подонками… А потом встретил её и закрутилось. Это была дьявольская страсть, помешательство, дикость какая-то… а оказалось, жизнь жестоко посмеялась надо мной и женщина, в которую я до безумия влюбился – чужая. И не просто чужая, а жена моего школьного друга.