– Ника, – выдохнул тот, кто неделю назад костерил меня последними словами.
– Нарисовался, – Сашка буквально озвучила мои мысли.
Но бывшего этим было не пронять, он глянул на мелкую:
– Это детсадовцы на асфальте мелками рисуют. И как нарисуются – идут домой, – процедил он. Намек младшей был столь же тонкий, как бревно. Мол, лишняя ты тут, девочка, возьми чупа-чупс и посиди в контакте, пока взрослые мириться будут. – А я пришел. И хочу попросить у твоей сестры прощения.