Ей было отвратительно слушать, как эта противная Гортензия говорит о Трое, как о сладком пирожке, который намерена съесть. Что-то темное и жгуче-злое поднималось в душе, в то время как другие девушки откровенно обсуждают достоинства ее Троя. «О Триединый, я подумала о нем «мой Трой»?! – ахнула про себя Траттиана».