Жить без лжи не значит не иметь секретов.
Наверное, у каждого в жизни бывают моменты, когда его переклинивает, и тогда от одной спички загорается целый лес. И в этом пожаре сгорает все дотла, и мы остаемся ни с чем. Мы тоже в нем сгораем. Или возрождаемся.
В определённом возрасте человек уже ничего не боится, кроме воспоминаний.
– Нет такой тюрьмы, откуда бы не сбегали.
– Вам, журналистам, всюду чудятся тайны и загадки, – ответил я. – А у вас, писателей, проблемы с реальностью.
Наверное, у каждого в жизни бывают моменты, когда его переклинивает, и тогда от одной спички загорается целый лес. И в этом пожаре сгорает все дотла, и мы остаемся ни с чем. Мы тоже в нем сгораем. Или возрождаемся.
Нам нравится быть не собой. Может быть, мы потому и влюбляемся в полную свою противоположность. Надеемся на дополнение, преображение, метаморфозу. Ожидаем, что, сблизившись с антиподом, станем полноценнее, богаче, шире. На бумаге это получается хорошо, в жизни - в редчайших случаях.
Книги - не дети. Книги - особый предмет, сродни волшебной палочке. Пропуск в иной мир. Бегство. Книги могут стать лекарством и помочь справиться с житейскими передрягами. Как говорил Пол Остер, книги - "единственное место в мире, где два чужака могут сблизиться". Но они не дети. Ничего не сравнится с ребенком.
Мы с вами знаем, что в Интернете ничего не стирается и не исчезает. Человек создал монстра, которым больше не может управлять.